Как его представляют себе европейцы? А как раз обратно: как трудное восхождение на гору, т. е. тоже для себя диковинным, «заморским» образом. Даже наш Державин оживляет этот международный условный образ, обращаясь к Фелице (кстати, царевне «киргиз-кайсацкия орды»), «…Которой мудрость несравненна / Открыла верные следы / Царевичу младому Хлору / Взойти на ту высоку гору, / Где роза без шипов растет, / Где добродетель обитает…».
То же самое для Лермонтова и Пушкина горы Кавказа – это как раз те линии, те параболы, которые вздымают дух ввысь – к бесконечности света и мира.
Здесь же, для киргиза, таковым маршрутом выступает русская «даль», «дорога».
Так в этих сотах, порах мировоззрения: в представлении о пространственной структуре мироздания – происходит скрещивание национальных образов мира народов.
Общее для Европы представление об Индии – «страна чудес». Чудо — то, что сверх меры и рассудка, способности судить своим людским умом. Следовательно, там – сверхчеловеческий ум, зона божеств (все религии – с Востока недаром). Ну да: Восток ведь – это восход солнца, зона первопричин. Оттуда – начала народов: индоарийцев, гуннов, болгар, татаро-монголов, тюрков – сгущается там бытие, оседает массами атомов и пускает их катиться против часовой стрелки (= против ритма Времени) – вращения Земли с запада на восток.
Все переселения народов и направление кочевий – оттуда, против Времени, и их призвание – оборачивать историю вспять (что и делали переселенцы: варвары-готы – с античным миром, половцы-печенеги – с Русью, с ней же – татаро-монголы, арабы – с Египтом, Палестиной и Испанией, тюрки – с Византией…).
История – колесо; ее необратимость – в pendant[42] тому, как на одно направление заведена, запущена вращаться планета Земля, если только цивилизация не произведет такой взрыв, в результате отдачи которого Земля обратит вращение свое (иль провиснет без вращения в пространстве, нейтрализуется), а история-течение свое. Во всяком случае, первый признак Востока в глазах Запада, Европы – большая причастность к свету, солнцу, огню-теплу, большая отсюда исконная посвященность в причины и тайны всего сущего, одаренность этим знанием, тогда как человеку Запада этого приходится добиваться усилием, напряжением, трудом – тянуться кверху, противоборствуя более сильной здесь тяге земной. Ну да: житель Востока более причастен к выси мира (Восход), а Запада – к падению на Землю, к стихии земли, к низу мира; и все низости в истории – творятся с Запада, и оттуда распространялись приземляющие оковы повсюду (колонизация и империализм).
Отсюда следует ожидать, что из стихий надземных большую роль здесь играют: воздух, огонь, вода, тогда как на Западе земля – ось и середина, и столько же бытия видится под нею, сколь и над нею. Здесь – разработанные представления о хтонической сфере подземья: Аид, Персефона, Изида-Озирис; зерно – умирающий и воскресающий бог; у Платона в «Федоне» анатомировано нутро земли; вспомним также дифференцированные представления об аде в христианстве, о царстве тьмы и геенне огненной; а в германстве – культ глубины, Tiefe в душе и в мысли.
На Востоке же если и есть противостояние света и тьмы, то тьма не крепка, не есть земля и недро («твердый орешек»), но тоже полувоздушна (Ормузд и Ариман). И в индуизме подземье очень слабо намечено: трудно там локализовать в подземье и царство мертвых, и его бога Яму. И погребение-то – не в землю зарывание, но сжигание; иль труп – в воды Ганга; иль, как в Тибете, где земля камениста, – грифам, т. е. в воздух, в высь мира иль в бок (когда в воду); иль зверям = демонам, пожирающим трупы: ракшасам и якшам – опять в надземном уровне. В Индии – не внедряются в Землю, ее глубь не смотрят; и хоть есть там глины золотые и серебряные, но богатства свои предпочитают брать из воды (искатели жемчуга в волнах моря, в раковинах), а не в разработке недр, куда, напротив, направлено воззрение горняка-германца[43]. И то еще верно, что стихия земли в Индии не маняща в недра свои, но отталкивающа: каменисты горы – Тибет, Гималаи, Декан. А если почва там плодородная, то ведь не земле она этим обязана, но воде: наносы ила поверх земли могучими реками произведены, а берег накатан прибоем моря.
