За окном на фоне утреннего горизонта громоздился сугробом Иверийский замок, давно закрытый по приказу Великого Консула. Его не разрешили расчистить даже в преддверии праздника. Йоллу подпёр скрипучие дверцы тяжёлым подсвечником и взглянул вниз. По светлым гладким ступеням Претория, которые охранял Тибр, уже пробегали бордовые фигурки служащих, лу-лу, спешащих на свою работу. Рудвик деловито пересёк комнату, отряхиваясь. Зима в Лангсорде в этот год выдалась снежная. Йоллу привстал на своих мягких лапах и оторвал листок пергамента от толстой книжки, что отсчитывала дни от Красной Луны. Маленький и очень важный служитель консульства кинул вчерашний день в мусорную урну, но тот заупрямился, подхваченный очередным потоком ветра из открытого окна. Норовистый клочок взметнулся, мигнув цифрой «сто восемь», и улетел куда-то за книжный шкаф. Йоллу, лу-лу, не подчинялся ничьим приказам, кроме Великого Консула, поэтому отказался поддаваться на провокацию и оставил бумажного наглеца там, где ему решилось покоиться.
— Сегодня сто девятый день Красной Луны, двести девятый год от коронации Тибра, лу-лу! — сообщил обязательную утреннюю информацию рудвик.
— Очередной день Верховного Совета Консульства, — хозяин устало спустил ноги с постели, что давно уже стояла в его кабинете. — Даже и не вспомню уже, какой по счёту в моей жизни. А раньше я считал эти дни, Йоллу, и гордился увеличением их числа.
— Пропустите сегодняшний, Консул, — предложил рудвик, помогая слепому старику подняться. — Мы можем прогуляться по парку или отнести миндальных пирожных бледной девочке. Вам надо беречь здоровье, лу-лу.
— Увы, Йоллу, — выдохнул Камлен. — Я пока ещё остаюсь первым человеком королевства, обязанным соблюдать его традиции. А сейчас Квертинд как никогда нуждается в правителе. Даже корона Тибра подтвердила это, приняв уже двух претендентов на престол.
Рудвик подал таз и кувшин с водой для умывания. Кабинет Великого Консула Претория не был приспособлен для жилья, поэтому комнат гигиены поблизости не находилось. Бедному Йоллу приходилось действовать по-старинке.
— Королей много не бывает, лу-лу, — заключил рудвик, поливая воду на руки своего хозяина.
Великий Консул гаркающе рассмеялся, потрепав своего верного помощника за пушистое ухо. Йоллу, лу-лу, очень загордился своей мудростью и подумал, что когда-то он бы тоже мог участвовать в Верховном Совете, как его благородные Консулы.
На стройной важной веренице колонн лежали разноцветные огоньки. Мелкие проказники, лу-лу, окрашивали белоснежный мрамор в радужные краски. Они нахально облепляли блестящий пол, стены и длинные гладкие цилиндры, что своими фигурными концами удерживали тяжёлый потолок Колонного Зала Заседаний.
Йоллу посильнее выпятил животик, глубоко вдохнув. Больше всего бессовестных световых наглецов досталось длинному столу, лу-лу, накрытому нарядной скатертью с чудесными кисточками. Йоллу вытянулся, убедившись, что на ней не появилось мерзких складок, портящих значительность дня. Накануне рудвик много времени потратил на борьбу с ними и вышел достойным победителем. С огоньками, в отличие от складок, бороться было невозможно.
Лица собравшихся тоже покрылись пёстрыми крапинами, как бы напоминая о предстоящем весёлом празднике, лу-лу. Но люди, что ждали Великого Консула, выглядели совсем не весёлыми. Они все встали со своих бархатных стульев, когда Камлен Видящий зашаркал ногами по гладкому камню широкого зала, и прижали к груди свои тиали. Рудвик проникся торжественностью приветствия, лу-лу, и поправил приколотые к камзолу консульские весы, подчёркивая своё участие. Он придерживал хозяина за руку, чтобы тот случайно не оступился, но Великий Консул прекрасно ориентировался в этом огромном пространстве. Он тяжело опустился на кресло во главе стола и расправил тяжёлые складки мантии. Разноцветные блики немедленно облепили его, лу-лу, падая с высокого полукруглого свода.
Светлые колонны поднимались вверх на добрую сотню рудвиковских ростов, упираясь в кружевной каменный бордюр, что обрамлял величественный потолок. В далёкой вышине он закруглялся огромными мозаичными окнами, образуя широкий купол. Каждый стеклянный витраж отличался от другого и заключал в себе одну из почитаемых особ погибшей династии. Иверийские короли и королевы, что нависали над членами Верховного Совета, лу-лу, были собраны из мельчайших цветных стёкол, создающих магию света. «Может, это и была их магия — магия света?» — подумал Йоллу, лу-лу, высокого задрав голову.
— Верховный Совет Консульства Королевства Квертинд объявляю открытым, — Камлен взмахнул ладонями, призывая всех садиться.
