— А где ваш создатель? — я кивнула на свободный стул под портретом.
— Вы, вероятно, имеете в виду Господина Демиурга? — слегка запнувшись, смекнул Шенгу лин де Сторн. — Он в легендах, госпожа Горст… Юна. Смотрит на нас сквозь призму вечности, как и всегда. Господин Демиург — это тень Квертинда, что лежит за каждым из его жителей.
— Он не придёт сегодня? — спросила я, оценивая взглядом подозрительного ломбардийца.
Все засмеялись, и мне стало не по себе. Может, Господин Демиург и правда был выдумкой, древней страшилкой для впечатлительных леди? Я даже немного расстроилась от этой новости: очень хотелось верить в могущественного покровителя — того, кого можно было противопоставить по силе Кирмосу лин де Блайту.
Глаза старика напомнили мне нефритовые бусины, цветом почти как у Джермонда, и даже мелькнула короткая мысль, не могли ли они быть родственниками.
— Он появится тогда, когда посчитает нужным, — загадочно вставила Элигия. — Если ты докажешь свою верность Ордену Крона.
Глаза её под смоляными ресницами горели в свете канделябров, кожа лоснилась, как гладкая блестящая столешница, за которой мы сидели. Вспомнился Осмельян, который так хотел посмотреть на Господина Демиурга, что даже поставил себе клеймо Ордена. Укус насекомого не вовремя зачесался, и я незаметно потерла руку.
— Разве сейчас не подходящее время, чтобы появиться? — предположила я, едва сдерживаясь, чтобы не разодрать ногтями зудящую кожу.
Я ожидала, что мне ответит Элигия, но Шенгу поднял руку, прерывая её, и сам взял слово.
— Время — непостоянная штука, Юна. Ещё десять лет назад у меня был целый легион в подчинении, а Кирмос Блайт увязал в интригах и крови квертиндцев по локоть, высасывая жизнь из королевства сквозь перчатки экзарха. А теперь, — генерал развёл руками, — он почти король, а я вынужден жить в подполье, борясь за собственное существование.
Судя по всему, Шенгу лин де Сторн был здесь главным, поскольку возражать ему никто не стал. Я отметила, с каким презрением генерал говорил о бывшем экзархе, и решила, что у него тоже были личные мотивы мести. Наверняка такие были у каждого из сидящих здесь. Возможно, даже у загадочной мёртвой актрисы и её резных животных, что окружали меня почерневшим блестящим деревом.
— Мне жаль ваших амбиций, — не слишком вежливо солгала я, как это делали героини баллад. — Но у нас ещё целый год, чтобы помешать ему взойти на престол. За этим я здесь.
С момента встречи с консулом Рутзским я поднаторела в переговорах и теперь осталась собой довольна. Светские беседы я по-прежнему презирала, и сейчас мне не терпелось перейти к делу и поскорее начать действовать. Я пришла сюда с конкретной целью, и слушать о прошлом господина лин де Сторна мне было не интересно. Я и так ждала этой встречи слишком долго.
— А у вас мёртвая хватка, — похвалил генерал. — Чувствуется, что ментор немало вложил в ваше становление.
— Может, это он приказал вам посетить приют? — проскрипел старик Минестл, постукивая кончиком пера по краю мраморной чернильницы.
Тать криво ухмыльнулся, Элигия воровато опустила пушистые ресницы. Бывший генерал не моргнул, но замолчал.
— Это я ей приказал, — вступился за меня Каас. — Юна нужна нам больше, чем мы ей. Мы на войне уже пятнадцать лет, выгрызаем куски из пасти Чёрного Консула, поднимаем народ на борьбу. Перед вами сидит надежда на победу, а вы плюете ей в лицо недоверием.
Стязатель облокотился на стол и подался вперёд, но здесь его никто не боялся. Собравшиеся нехотя перевели взгляды на Кааса, так же недоверчиво высматривая в нём ответы. А вопросы у них были. Как и подозрения.
— Вы должны понять нас, Юна, — оправдался Шенгу. — Мейлори чёрного паука, которая целый год провела подле своего ментора, может оказаться не слабостью, а оружием в его руке. Чёрный Консул всегда был хорош в планировании, а теперь он ещё и осторожен, как загнанный зверь. Нет врага опаснее, чем Кирмос лин де Блайт. Нельзя его недооценивать. Возможно, мы уже играем по его правилам, и вы — часть его тонкой игры.
— Я ведь дочь Тезарии, — попыталась я воззвать к авторитету матери, — которую он убил. Если я и часть его игры, то мне об этом не известно. Никто не может принимать за меня решения, даже он. Квертинд стребовал с меня достаточно жертв, чтобы я захотела присоединиться к вам и вести свою борьбу наравне со всеми членами Ордена.
Перед глазами встали тени в лабиринтах Кедровок, дорожки белокрыльников, и нутро обожгло яростью и решимостью. Захотелось самой устанавливать правила. Сейчас, кажется, я даже слышала голоса мёртвых, хором скандирующие «Свобода!» Но собранию Ордена Крона одной моей решимости, конечно же, было недостаточно.
— Мы все приносим жертвы свободному Квертинду, — согласно вздохнул Шенгу, — как принесла твоя мать. Некоторые даже не имеют выбора и возможности другой жизни, просто не знают, какой может быть свобода. У вас же этот выбор есть, Юна, и именно поэтому вы здесь. Орден Крона давно ступает по землям королевства своим размеренным шагом, и теперь мы на пороге великих перемен. Наша цель — не только смерть Чёрного Консула.
