Ближе к закату мы выехали на широкое плато, расположенное у подножья высокой скалы, и остановились у его края. Гладкие округлые вершины, покрытые елями, спускались к берегу и уютно окружали город. Море лизало застывшие скалы, снова и снова атакуя их прибоем. Отсюда очень хорошо был виден Кроуниц.
Блёклые лучи закатного солнца отражались от морской глади и наполняли серую каменную архитектуру тёплым светом. В домах уже зажглись огни, и в предзакатных сумерках город казался особенно восхитительным.
Вдалеке над ним, словно одна из скал, возвышалась наша академия. Даже отсюда, почти полностью скрытая в облаке тумана, она выглядела невероятно огромной. Я различила прямоугольные очертания замка, светло-зелёный полукруг Церемониального зала, башню Голомяса и поняла, что точно хочу туда вернуться. Странно, но за такое короткое время это место стало мне настоящим домом. Где-то там, в нашей комнате, сидят Сирена и Фиди, обсуждают прошедший день и смеются. Лоним наверняка мастерит свои безумные механизмы в чулане-лаборатории. Вилли носит свою шляпу, Поллу расседлывает капранов, свиры в форменных мантиях патрулируют коридоры, раздавая щелчки загулявшим первокурсникам. Я попыталась представить, что ректор Аддисад тоже любуется этой красотой сквозь огромные окна своего кабинета. И это делало нас чуточку… ближе.
– Ох, мама-Девейна, красиво-то как! – Гренка первым прервал молчание, что было неудивительно.
Он отпил из своей фляжки и звучно икнул. Я вспомнила, что жутко хочу пить, и позавидовала ему.
– Будешь? – он протянул мне резко пахнущее пойло.
Я хотела отказаться, но в горле саднило так, что любая жидкость мне сейчас казалась спасением. Поэтому я быстро, чтобы не передумать, сделала глоток. Ожидала, что мне обожжёт горло, но ничего такого не почувствовала. На вкус это, конечно, была редкостная гадость. Кисло-горькая настойка слабо отдавала сливовым запахом. Я поморщилась и вернула фляжку, хрипло поблагодарив своего спутника.
– Лучшая сливуха в мире, – похвастался Гренка. – Моя маменька сама делает. Это не те помои, что подают в «Косом борове».
Я мысленно сделала для себя отметку никогда не пробовать сливуху в «Косом борове». Хотя, в общем, я больше не собиралась туда никогда возвращаться.
– Тут есть грот. И вода.
Мы обернулись. Магистр Десент уже обошёл всё плато и указывал на углубление в скале. Он молчал всю дорогу, и я с удивлением отметила, что рада слышать его голос, который был для меня частичкой академии.
Я слезла с капрана и подошла ближе к пещере. Грот оказался совсем неглубоким – метра три, не больше, но внутри обнаружился родник, который не замёрз на холоде. Тонкие струйки стекали по стенам, и влажные камни поблёскивали, отражая слабый свет. Я подставила ладони, набрала воды и с удовольствием напилась. После долгих часов жажды и сливухи Гренкиной маменьки родниковая вода казалась мне сладкой. Мой ментор тоже намочил руки и умылся. Провёл мокрой ладонью по волосам, и они сбились в короткие тёмно-каштановые сосульки. Капли побежали по щекам и шее, задерживаясь в чёрных рельефных лапах нашего знака соединения.
– Магистр Десент, – начала я, убедившись, что Гренка всё ещё любуется видом, – я не хочу разрывать связь. Мне это не нужно.
Ментор несколько раз растерянно моргнул и посмотрел на меня. Конечно, он не ожидал такого заявления. Мне хотелось шокировать его или разозлить, но в зелёных глазах не было ничего, кроме лёгкого недоумения. Я молча выдержала его взгляд, стараясь выглядеть серьёзной и уверенной. Он вдруг понимающе усмехнулся и покачал головой.
– Усвоила урок, значит? – глаза его устало улыбались. – Решила меня использовать?
– Это, – я деловито ткнула в своего паука, обрадовавшись, что магистр сразу меня понял, – не доставляет мне никакого неудобства. Я не теряю силу, которой у меня просто нет, не испытываю душевного дискомфорта и терзаний по поводу своего состояния, не мучаюсь трудным выбором. Мне безразлично, в отличие от вас.
– Всё верно, – легко согласился он. – И всё же ты здесь. Значит, готова к ритуалу разрыва. Но у тебя есть условие. Что же тебе нужно от меня, Юна Горст?
– О! – обрадовалась я и начала быстро излагать: – Ничего такого, чего не могла бы потребовать студентка от своего магистра. Мне понадобятся ваши знания, умения, и у меня есть вопросы, которые…
– Вы там не трахаетесь? – громкий крик Гренки эхом отразился от стен пещеры, и я закрыла рот. – А то я пить хочу.
Пятнистая рожа осторожно заглянула в наше укрытие. Обсуждать свои планы при Гренке совсем не хотелось, и я жутко разозлилась. Желание выпустить стрелу в его редкозубую улыбку захлестнуло все мои мысли, которые я так старательно формировала минуту назад. Убедившись, что он, по его мнению, нам не помешал, Гренка по-хозяйски зашёл в грот и вытянул губы под тонкой струйкой. Я ждала, когда он напьётся и свалит, чтобы продолжить беседу. От нетерпения и злости даже начала постукивать сапогом по каменистой почве.
– Юна, слушай, – магистр Десент заботливо взял меня за плечи и доверительно заглянул в глаза.
