– Нет, ты явно что-то знаешь… Костя, ты что… Ты за Ольку отомстил?
– Не за Ольгу, а за тебя. Но вообще я тут совершенно ни при чем. Они, наверное, просто не соблюдали правила пожарной безопасности. Ай-ай-ай, негодяи, вот за это и поплатились. Но ничего, мы с мужиками найдём применение той земле. Вьюник мечтает гольф-клуб открыть, а там место просто шикарное…
– Но… Мы что, кого-то ждём? – Вика запнулась на полуслове и стала осматривать стол, накрытый на пять персон. – Костя, черт возьми, что происходит? Ты что…
Договорить Вика не успела, потому что по квартире прокатилась трель звонка. Она дрогнула, припала губами к бокалу, не отводя глаз от прихожей.
– Кто это? Твой папа?
– Нет, но я очень рекомендую открыть дверь, – поцеловал её в макушку и легонько подтолкнул вперед шлепком по заднице.
Вика не шла, она еле передвигала ногами. По миллиметру приближалась к двери, а когда увидела в экране видеодомофона гостей, то бросилась со всех ног. Дергала ручку, лязгала замками, пытаясь справиться с защёлкой.
Она словно билась в панике, тихо всхлипывала, что-то шептала.
А когда смогла справиться и распахнула дверь, то в коридор влетело торнадо…
– Оля!!!
Вика
Я не верила в правдивость того, что вижу своими глазами.
Трогала, прижимала, обнимала, чтобы ощутить тепло, сердцебиение. Слышала родной голос, тихое всхлипывание. Но всё равно не верила.
Моя девочка. Моя сестрёнка…
И сейчас она стоит в центре квартиры, точно так же не веря, что это случилось.
– Ах ты засранец! – взревела я и, не отпуская руки сестры, рванула к Косте.
Хотелось убить, растерзать, наказать за то, что ничего не сказал!
Но вместо этого я прижалась губами.
Его поцелуи были лечебными. Они дарили не только легкую дрожь и пьяное возбуждение, Каратицкий с жаром забирал страхи, неуверенность, а взамен давал чувство полной безопасности.
С ним я была под колпаком. Здесь светло, спокойно, красиво, одуряюще прекрасно. Но главное, здесь хватит места для нас с сестрой.
И неважно, сколько продлятся наши отношения.
Неважно, какой процент фикции в нашем браке. Важно то, что такой счастливой я не ощущала себя очень давно.
Вернее, никогда…
– Спасибо, Костя, – выдохнула, прижалась лбом к его подбородку.
– Кошечками расплатишься, – шепнул он и шлёпнул по заднице. – Ну, давай знакомиться, родственница.
Каратицкий протянул Оле руку, но её правое запястье до сих пор находилось в моей ладони, а отпускать я его не собиралась. Поэтому рукопожатие было весьма странным, так сказать, на троих.
– Родственница? – Оля опешила, захлопала ресницами, стреляя глазами то в меня, то в Костю. Но в него чаще…
Знала я этот её взгляд, полный коварства, любопытства и тонны шуточек, которые она прибережет на время, пока мы не окажемся наедине.
– Конечно. Каратицкий Костя, супруг твоей старшей сестры, причем законный.
– Это шутка такая? – Оля еле произносила слова, застыв, как каменное изваяние.
А я всё насмотреться на нее не могла. Исхудала, кожа серая, без малейшего следа румянца. Футболка висит, джинсы съехали и болтаются чуть ли на бедрах. Искусанные ногти, потрескавшиеся губы и блеклые глаза, полные усталости.
– Нет, это не шутка, но обо всем подробно тебе расскажет Вика. Итак, гости дорогие, добро пожаловать за стол, – Костя махнул рукой, приглашая войти. – Кажется, сегодня никто так и не обедал.
Я и только сейчас заметила застывших у порога Раевского и какого-то молодого парня. Я даже вздрогнула от поразительного сходства. Они словно двое из ларца: все те же широкие скулы, острый взгляд, волевой подбородок, только вот щетина… У молодого темная, пышущая свежестью, а у Раевского уже нет-нет да проседь проскальзывает.
– Денис! – я не выдержала и бросилась с объятиями. – Спасибо тебе огромное. Если бы ни вы, я даже не представляю, чем бы это все закончилось…
Меня пошатнуло, но Раевский подхватил и усадил меня в кресло.
– Всё хорошо, Вика. Уже всё хорошо… Кстати, знакомься, Дмитрий Денисович Раевский, собственно, он и занимался делом твоей сестры. Молодой, дерзкий и перспективный будущий адвокат, нагло наступающий на пятки своему отцу, – Денис хлопнул по спине сына, и столько в этом жесте было гордости, столько любви…
– Здравствуйте, Виктория Олеговна. Папа преувеличивает, но в целом всё прошло быстро и почти без запинок.
И вдруг мощный хлопок нарушил воцарившуюся тишину, и Костя стал разливать по бокалам шампанское.
И мы все отмерли. Началась суета, зазвенели бокалы, послышались тосты, поздравления, мои редкие всхлипывания.
Это звуки жизни, которая до этого была поставлена на паузу.
Вот она, моя Оля, рядом, живая и здоровая. Сидит, смеется, строит глазки Диме и думает, что никто ничего не замечает, а парень в ответ так смущенно улыбается, пытаясь держаться так же, как и отец.
И любовью в воздухе не просто пахло, здесь ею смердело до рези в глазах!
– Ольгу отпустили под подписку, этого избежать не удалось, – развел руками Рай. – Поэтому, к сожалению, город твоя сестра покидать не имеет права. И с этим лучше не шутить.
– Ты… Ты поэтому поехал в квартиру, а не домой? – я снова обернулась к Косте.