Меркнет свет полностью

– А ты любил кого-нибудь в своей жизни? По-настоящему любил?

– Я не знаю, Роб. А что такое любить по-настоящему?

– Это когда ты не представляешь своей жизни без кого-то, кого ты любишь.

Такие банальные слова, словно из книжки, которую легко можно закачать в искусственный интеллект.

– Я не представляю своей жизни без воды. Это значит, что я люблю ее?

– Эм, да. Я люблю воду, но это не совсем та любовь, о которой я говорю.

– В чем же различия?

– Когда ты пьешь воду, то делаешь это из необходимости, ведь ты не выживешь без нее. Но когда ты любишь человека, то жертвуешь многим, прилагаешь огромные усилия, чтобы поддерживать отношения между вами. Когда ты пьешь – ты ничем не жертвуешь. Вода – она просто есть, и ты ее просто пьешь, она не требует от тебя внимания, твоих эмоций и заботы.

– Хорошо, Роб, я тебя понял. Возможно, я любил однажды, когда учился в вузе, потому что у нас было что-то схожее с тем, что ты описал. Но тем не менее нет никаких гарантий, что робот бы не смог ответить так же, ведь, по сути, описание любви – это совокупность слов, которые люди тысячелетиями выражали в книгах и искусстве.

– А что такое искусство, Себастьян?

Тишина.

Это хороший вопрос, ведь роботы навряд ли понимают, что такое искусство. Даже люди не особо это понимают.

– Это трудный вопрос, Роб.

– Поэтому я его задал. Потому что робот бы не смог на него ответить.

– А ты сможешь на него ответить? Может, ты и есть робот, и самый страшный для тебя вопрос ты решил переложить на человека?

– Это был бы хороший ход.

– Это был бы ход победителя в этой игре.

– Что ж…

Минута тишины. Оба раздумывают, как быть.

– Давай так, – начал Роб, – предлагаю нам обоим ответить на этот вопрос, но раз уж я первый спросил тебя про искусство, то ты отвечаешь первый.

– Ладно, я попробую это сделать, – Себастьян помедлил, подбирая правильные слова. – Искусство – это в первую очередь существо человека, ведь без человека не было бы искусства, и человек, занимающийся искусством, считается художником. Художники в какой-то степени являются мыслителями, ведь когда они что-то делают, то раздумывают над тем, делают ли они правильно или неправильно, и если им что-то не нравится, то они начинают заново. Каждый раз художники постоянно находятся в процессе создания искусства, они пытаются понять глубинные смыслы бытия, проектируя свое видение на холсте, в скульптуре или поэзии. Поэтому я считаю, что искусство – это процесс, через который художник демонстрирует свое видение смысла.

– Какой замечательный ответ.

– А ты что на это скажешь?.

– Я думаю, робот бы не смог так ответить, разве что если в него заранее не загрузили чьи-то формулировки понятия искусства.

– Потому что я не робот. Что ж, Роб, твоя очередь.

– Я даже не знаю, что тут можно добавить, потому что мое видение искусства до твоих слов представлялось чем-то иным, более простым. Искусство казалось для меня абстракцией бытия, попыткой взглянуть на вещи как-то иначе.

А что, если Роб – искусственный интеллект, который постоянно общается с такими, как я, а комнаты представляют собой уровни, и с каждым уровнем робот становится умнее и его сложнее обмануть? Если это так, то похоже, что я только что научил робота говорить про искусство. Я практически уверен в том, что говорю с роботом, почти готов нажать красную кнопку, но надо быть уверенным на все сто. Только если я правильно определю искусственный интеллект, мне заплатят втройне.

– Ладно, Роб. Если тебе нечего добавить на тему искусства, то, может, поговорим о Боге?

– Хорошо, давай поговорим.

– Ты веришь в существование Бога?

– Нет.

– Почему? Может, потому, что искусственный интеллект, созданный людьми, считал бы нас богами?

– Ха-ха, нет, Себастьян, я не искусственный интеллект и уж тем более людей за богов не считаю. Я обыкновенный атеист, таких полно среди людей.

– Но людям свойственно верить во что-то, так во что веришь ты?

– Пожалуй, я верю в себя, свое существование и в мир вокруг. А существование Бога никогда не было доказано и не будет.

– Отсутствие доказательств не является доказательством отсутствия.

– Некоторые трансцендентные вещи в метафизической реальности не подлежат поиску доказательств.

– И ты никогда не задумывался о том, как ты произошел на свет?

– Конечно, задумывался, но неужели ты думаешь, что нас создал Господь по своему образу и подобию?

– Почему нет?

– Смотри, перед тобой есть карандаш?

– Да.

– Возьми его в руки.

– Взял.