– Ты не вправе что-то просить от меня, стерва!
– Ирвин, возьми себя в руки, черт подери!
– Это ты должна была брать в руки себя, а не чей-то член!
– Боже, Ирвин, это видео недельной давности. Помнишь я говорила тебе, что пойду после работы с коллегами в бар? Это было неделю назад; видимо, Джеймс там тоже был, но почему-то загрузил видео только сейчас, – она подошла ближе, – поэтому прошу тебя, хватит.
– Что хватит? На твоей сменной одежде были пятна спермы! – он поднял бутылку и сделал еще несколько глотков. Его уже было не остановить. – Ты лживая шлюха!
– Не смей так говорить со мной! – она дала ему пощечину, что еще сильнее разозлило Ирвина. Перед глазами он увидел своего капитана, давшего ему пощечину, чтобы тот очнулся. Он неосознанно замахнулся бутылкой и ударил в ответ по голове так сильно, что удар оттолкнул ее прямо на угол мраморной столешницы. Она упала и ударилась головой о керамический пол. Ирвин с минуту стоял, глубоко вздыхая, и смотрел на Шаю сверху вниз, смотрел, как кровь расплывается вокруг ее головы, потом присел на ее талию, глубоко вдохнул и, задержав дыхание, замахнулся и ударил бутылкой по голове, потом снова и снова, взмах-удар, взмах-удар. Он не мог остановиться, прямо как тогда, с врагами на поле боя, разница лишь в том, что тогда его останавливали товарищи, а сейчас было некому этого сделать.
По его бесстрастному лицу текли слезы, сопли и пот. Отчаяние пропитало его сердце, а гнев заряжал набухшие жилы на руках и шее. Сердце колотилось отчасти от безумия, которое он творил, и отчасти от того, что он не дышал уже вторую минуту. Звук биения сердца усиливался в висках, глаза были окутаны пульсирующей затуманенной пеленой, пока не наступила тьма.
Так тихо. Приятная тишина. Вот бы всегда так было.
– Ирви-ин, – он услышал единственный голос, которому было разрешено тревожить тишину. – Давай вставай, весь день проспишь.
Он медленно открыл глаза. Лучи солнца падали на белоснежную постель сквозь прозрачные белые занавески. Она лежала под одеялом, глядя на него, как всегда, совершенная, с милой улыбкой, нежно поглаживая его щетину.
– Ты так забавно дергался во сне, – голос красивее полярного сияния.
– Кажется, мне приснился кошмар.
– Все хорошо, милый, я с тобой, – она поцеловала его, – не забывай вовремя пить таблетки, чтобы кошмары исчезли, хорошо?
Ирвин дрогнул и вскочил.
– Черт возьми, Шая, мы ведь на самолет опаздываем!
– Ох, точно, совсем забыла.
Ирвин посмотрел на часы.
– Черт, мы уже опоздали, – выдохнул он.
Шая легла обратно.
– Ничего, позвоним позже – может, нам поменяют билеты.
Ирвин залез обратно в постель, положил руку на щеку Шаи.
– А может, ну его в пекло? Проведем все выходные в постели?
– Я согласна, малыш, – она засмеялась, и в сердце Ирвина приятно кольнуло. Он любил ее до безумия, а она бесконечно любила его. Они поцеловались, и каждый думал про себя, что эта любовь никогда не может кончиться, и каждым владела слепая уверенность в том, что это правда.
– Где он? – спросил Брэд.
Шон обратил внимание на только что вошедшего коллегу. С виду было понятно, что тот торопился сюда.
– Кто именно? – спросил он в ответ.
– Ты знаешь, Шон. Мне нужен тот, кто перевернул весь город к чертовой матери, о ком сейчас все новости трубят.
Шон помедлил, глядя на него.
– Идем за мной.
Они прошли сквозь кучу возбужденных сотрудников, зашли в кабинет со стеклом, за которым сидел парень, глядя в пол.
– Что именно случилось? – спросил Брэд.
– Их общие знакомые спустя две недели заявили о пропаже.
– Спустя две недели? Почему так поздно?
– Первую неделю никто не бил тревогу потому, что парочка собиралась на отдых, и все подумали, что голубки просто развлекаются.
– И как его нашли?
– После заявления о пропаже был направлен ближайший патруль проверить адрес проживания. Полицейские сначала постучали – дверь была открыта, но никто не откликнулся, и они вошли. Внутри они сразу увидели неубранный стол, на тарелках лежало стухшее мясо, по которому бегали тараканы, и гнилой салат, который объедали тараканы. Неподалеку находилась кухня – там они заметили следы крови и вооружились. Пройдя дальше, они наткнулись на спальню, и… – Шон сглотнул.
– Что они увидели?
– На кровати лежал этот парень в обнимку с гниющим трупом своей девушки; он целовал ее взасос, черт возьми. Совал язык в гнилой рот трупа, господи…
Брэд посмотрел через стекло и вздрогнул: Ирвин глядел в ответ из-под бровей, прямо в глаза, будто знал, где именно он стоит.
От этого взгляда по спине пробежала холодная дрожь.
Внезапное чувство падения разбудило Себастьяна. В руках у него был журнал последних новостей – кажется, он уснул, читая. Сбоку и перед ним сидели такие же ребята: напротив – в костюме и брюках, а слева – в рубашке и джинсах. Парень спереди нервно качал ногой, заполняя анкету, которую заполнил и он.
– Как же они долго, – прокомментировал Себастьян.
Парень в костюме не ответил. Тот, что слева, только согласно хмыкнул.
– У вас тоже отобрали телефоны?
Тот, что в рубашке и джинсах, кивнул. «У них что – языки оторвали?» – думал Себастьян.
