— Верни мне их! Верни мне их! — Аврора и сама стала вырываться, чувствуя подступающую панику вместе с возвращающимся состоянием опустошенности. — Разве ты не понимаешь, что это всё, что у меня осталось? Они — всё, что мне было нужно! Почему ты так со мной поступаешь? — слёзы хлынули из её глаз, когда путы лиан стали высыхать и превращаться в тлен, осыпаясь пылью на светящиеся цветы. Аврора вдруг осознала, кто стоит перед ней, её едва не покинуло сознание: — Ты… Вы… Вы настоящий!!! Вы не плод моего воображения! — понимание этого жахнуло, словно Бомбардой. — Как? Мерлин, отпустите меня! — закричала она, только яростнее выкручиваясь, когда Люциус с ещё большим рвением грубо поволок её в сторону сосен, опасаясь, что и его затянет великолепие несбывшихся грёз этого невероятного места. — Ступе… — попыталась было закричать Аврора, вспомнив, что при ней была волшебная палочка Адары, но Люциус, вовремя обернувшись, выбил из её свободной руки деревяшку, и та отлетела куда-то назад.
— Так ты встречаешь собственного сына?
— Вы не мой сын! — завопила она. — Вы убийца и Пожиратель Смерти! Вы чудовище, такое же, как и он!
Люциус вздрогнул, но не остановился, и, едва сойдя с поляны, прислонил Аврору к теневой стороне широкого ствола дерева, схватив за плечи и хорошенько встряхнув.
— Ты поэтому решила нас бросить? — взревел он злобно — именно таким Луна Лавгуд запомнила его в день битвы в Отделе Тайн. — Трусливо убежала от ответственности? Ты не имеешь никакого права называть меня чудовищем, ты сама сделала меня таким!
Её лицо выражало полное недоумение, она и представить не могла, как такое могло произойти.
— Я хотела спасти вас с Абрахасом! Я дала дедушке знания будущего! — запротестовала она, чувствуя, что сердце пропускает удары. Что же она натворила? — И это вы с Волдемортом отправили меня в прошлое!
— Дамблдору? — зловеще усмехнулся Люциус, игнорируя последнюю реплику. — Дамблдор всего лишь старый манипулятор! Он использовал знания, помогая Гарри Поттеру и его друзьям! Но не твоей семье! Не своим потомкам! Он не сделал того, что ты от него ожидала! — он внезапно взглянул за дерево, где располагалась поляна, и сощурился от вновь тронувшего глаза яркого света.
Там только что с хлопком появился мужчина и стал судорожно оглядываться по сторонам.
— Аврора! — полный отчаяния голос эхом отразился от высоких деревьев, заставив искомую дёрнуться, попытавшись выглянуть из-за дерева.
— Волдеморт… — прошептала она испуганно, и глаза Люциуса вспыхнули узнаванием. — Если его не будет, не будет страшного будущего… Я должна…
— Заткнись, — шёпотом приказал он и удержал её от попытки вырваться; она хотела пойти против, пускай и молодого, Лорда с голыми руками, и Люциус, брезгливо глядя на бывшего будущего лидера, направил на неё волшебную палочку. — Ты уже не имеешь права что-то менять, ты уже сделала всё, что могла… — обвиняюще сказал он и, прошептав заклинание, погрузил не успевшую возмутиться Аврору в глубокий сон, успев подхватить её при падении.
Достав из кармана пиджака небольшой флакончик с искрящейся жидкостью, Люциус уже собирался закончить задуманное и перенестись обратно в своё время, но он не смог оторвать взгляда от человека на поляне — именно человека, со слишком человечным ужасом утраты на лице.
— Нет… — выдохнул тот судорожно, словно навсегда распрощавшийся с надеждой, и рухнул на подкосившихся ногах, обессиленно схватившись за голову.
Сложно было поверить в то, что сейчас собственными глазами видел Люциус, он едва моргал, наблюдая столь «трогательную» картину страданий человека, который никогда не был способен на проявление подобных эмоций. Взглянув на молодую и измученную болью, причиненной этим человеком, мать — женщину, о которой мало что знал с самого детства, он получил ответ на долго мучивший его вопрос: почему же два заклятых врага сошлись в последней воле — спасти её… Волдеморт любил его мать. Люциус хотел было пожалеть о своих словах, ранивших её ещё больше, ведь вынести любовь Лорда вряд ли было хоть кому-то под силу. Белла — и та сошла с ума. Но глядя на хрупкую, измождённую мать, он шумно вздохнул и разбил флакон с зельем, тотчас заискрившимся вокруг них мириадами кристалликов Северного сияния, входившего в его состав…
