Только забравшись с ногами на подоконник, она вдруг подумала, что всё это какое-то безумие. Вот уже пару дней спустя после приема в доме Блэков от Тома не было ни слуху, ни духу, и вдруг подарочек! Что с ним творится в последнее время? Но было уже поздно, ноги оторвались от подоконника, повинуясь чужой магии. Волшебная палочка в руках Тома совершала легкие плавные движения, относя Аврору от окна вниз, мимо козырька. И только стопы в сандалиях мягко коснулись тротуара, словно спустили её с маленькой ступеньки, поздний визитер подошел ближе и протянул свободную руку ладонью вверх.
— Почему ты считаешь, что я должна бежать к тебе по первому зову? — подбоченившись, поинтересовалась она ледяным тоном, игнорируя протянутую руку.
— Но ты уже вышла, Аврора, — ни в коем случае не насмешка, просто констатация факта. — Бери меня за руку, аппарируем в одно место, — в тусклом свете уличных фонарей лицо Тома было сложно разглядеть.
— Куда? Зачем? — даже не шевельнулась она.
Он утомленно вздохнул, однако руки не убрал, только жестче попросил:
— Просто возьми меня за руку.
Она подчинилась, повинуясь какому-то странному внутреннему ощущению. Аппарация была лёгкой, на удивление мягкой, не такой как всегда, сейчас это было похоже на нырок в воду, а не на сжатие легких в узкую соломенную трубочку. Аврора всё ещё не понимала, что задумал Том, но только крепче обхватила его ладонь, когда они очутились посреди непроглядной чащи тёмного леса на небольшой влажной прогалине, и именно в этот момент сердцем завладел страх.
— Чего ты трясешься? — раздался в темноте совершенно спокойный, с едва различимым оттенком удивления, голос Тома.
— Не люблю темноту, — сорвалась с её губ ложь, а в голове звучали слова Абрахаса: «Этот тип горазд на всякое, тебе стоит остерегаться его». И непонятно, когда его мнение о Томе вновь поменялось в худшую сторону. В Хогвартсе они казались друзьями.
— Но я же с тобой, — как что-то само собой разумеющееся произнес он.
Почему-то именно это и настораживало больше всего… Но держаться в кромешной тьме больше было не за кого. Вопрос: почему бы им не зажечь свет волшебных палочек, — потонул в горле, как и другие слова. Пригибаясь под влажными хлёсткими ветками раскидистых лиственниц, окружавших их со всех сторон, они шли по невысокой траве и корням деревьев. Ноги Авроры мгновенно промокли. Где они находились и куда идут оставалось загадкой, однако идти пришлось недолго, еще несколько футов и непроглядный лес выпустил их к озеру, границ которого было невозможно различить сквозь клубящийся у водной глади туман. В небе светила убывающая луна, смутно освещая окрестности. На полкорпуса на поросшем камышом берегу, словно выброшенный штормом белый кит, лежала довольно большая лодка, в которой при желании могли бы уместиться не меньше десяти человек — в таких обычно ходили под парусом. Возле воды дул прохладный ветерок, но ему было не по силам разогнать стремящийся к берегу от центра туман, невесомо струящийся меж стеблей шелестящего камыша; он врезался в него, как в глухую стену, заставляя края пелены рваться, вздыматься ввысь и кружиться в причудливых спиралеобразных формах. Ещё никогда Аврора не видела такого густого тумана, она боялась произнести хоть один звук, наблюдая, как Том при помощи магии подвигает лодку ближе к воде.
— Ты сегодня немногословна, — первым нарушил молчание он, вновь предлагая ей руку. — Не бойся, не потонет, она надежная, я сам проверял магией, — и снова никаких насмешек, только заверение в безопасности.
Но Том так и не объяснил, зачем они сюда пришли. Не дождавшись, пока Аврора возьмет его за руку, он подошёл сзади и подтолкнул её к высокому бортику лодки, помог переступить его.
— Садись, не то упадешь, — предупредил он, влезая следом, и она снова подчинилась: села на корточки, обхватив колени руками. В лодке не было сидений и, как ни странно, на дне был расстелен не то ковёр, не то плед.
Направив волшебную палочку на корму, Том приказал лодке тронуться и, прошуршав килем по илистому дну, судно молчаливо и податливо заскользило прочь от берега, раздвигая длинные листья камыша. Квакнула потревоженная лягушка, спрыгнула с плотного стебля и с негромким бульканьем ушла ко дну. Вскоре лодка выплыла из зарослей, потонув в пелене густого едва просвечиваемого луной белого тумана. Во влажном воздухе пахло тиной, руки Авроры вмиг покрылись словно бы испариной — прохладной, неприятной.
— Подожди, скоро будет сухо, — обнадежил Том, сам едва различавший путь перед собой. Аврора молча кивнула, хоть он на неё и не смотрел. — Ты ещё не проснулась? Почему постоянно молчишь?
— Поражаюсь сама себе. Ты вытащил меня из дома посреди ночи, а я позволила тебе себя увести. Объясни, пожалуйста, что мы здесь делаем? — вежливо и монотонно, чтобы голос не звучал испуганно, произнесла она, пытаясь разглядеть сквозь дымку хотя бы его затылок, ведь Том сидел к ней спиной.
Неожиданно он поднял голову вверх, приложил ладонь к бровям козырьком и сощурился.
