— Ну, как тебе артефакты мсье Лорана, Аврора? — госпожа Янг вошла в свой кабинет, где за небольшим письменным столом, в окружении нескольких горшков с растениями, сидела её ассистентка, штудируя каталог с фотографиями тех самых выставленных мсье Лораном артефактов.
— Это просто невероятно! — искренне отозвалась та, наблюдая за тем, как, положив принесенную с собой папку в стеллаж, встав возле зеркала, госпожа Янг вытаскивает из тугого пучка на затылке пару китайских палочек со свисающими с их кончиков брелоками из крупного металлического бисера в форме капель, то и дело позвякивающими как колокольчики: «Юминг, Юминг», будто произнося имя хозяйки. — Здесь даже есть ритуальные ножи племени Майа — такая редкость! Если честно, я считала: нагрудные латы императора Цинь Ши Хуаня давно утеряны! Это же сенсация, о них ничего не было слышно с тысяча восемьсот пятьдесят второго года! — как раз на странице с изображением этих лат и был раскрыт каталог. — Ах, как жаль, что мне скоро уезжать! Я ничего не успею досконально изучить! Невероятно, что мсье Лоран позволил миру увидеть свою коллекцию! Удивительно даже то, что всё это законно!
— Аврора, Аврора, остановись! — беззвучно засмеялась госпожа Янг; прекрасные длинные иссиня-чёрные локоны водопадом стекали по её плечам, освободившись из захвата китайских палочек. С распущенными волосами она выглядела намного моложе своего возраста. — С твоим энтузиазмом только нести мир во всём мире. Кстати, как тебе кубок с заключенным в него духом токкэби?*
— Который? Их там много…
— С рубинами, его ни с чем не спутаешь…
— Я в корейской мифологии не очень смыслю, мы будем изучать эту тему только в новом учебном году, когда закончим, наконец, Китай. Госпожа Янг, я уже и в Кёльн не хочу возвращаться! Зато как обзавидуется Уши! — победно воскликнула Аврора; её глаза уже давно не лучились таким беззаботным счастьем.
— Думаю, что на следующий год смогу помочь тебе с подобной работой, такую ассистентку ещё поискать, — веселилась госпожа Янг. — Тебе непременно нужно получить диплом, тогда тебя допустят до более сложной работы. Аврора, что тебе ближе — пачкаться в пыли, орудуя кисточкой, или подвергаться проклятиям древних артефактов, исследуя их?
Специфический юмор вне профессиональной среды мог показаться обывателю чёрным и крайне циничным. Работа артефактолога подчас была не менее опасна, чем аврорская, и на раскопках порой происходили несчастные случаи. Задумчиво побарабанив пальцами по столешнице, Аврора ответила:
— Я ещё не решила, но у меня есть ещё один вариант. Ещё год назад я начала подумывать о должности профессора Древних рун в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. Я её окончила и там преподаёт мой дедушка. Это чудесное место, с ним у меня связано много воспоминаний, пусть и не всегда весёлых… — к концу речи она немного понизила голос. — Хогвартс — моя семья.
Госпожа Янг приподняла брови, но потом слегка презрительно фыркнула:
— Ты хочешь прозябать в какой-то школе, отказавшись от путешествий и перспектив? — да, она была влюблена в свою работу без памяти; пятнадцать лет назад, потеряв мужа, скончавшегося от драконьей оспы, ушла в неё с головой.
— Я бы не сказала, что хотела «прозябать», как вы выразились. Разве это не здорово — передавать свои знания детям? Разве это не чудесно, что твоя работа и способность заинтересовать студентов даст миру новых артефактологов или археологов, магистров Древних рун, наконец? — захлёбываясь словами, начала рассказывать все достоинства работы преподавателем Аврора. — Юные умы — это наше будущее!
— Вот когда будешь семидесятилетней бабкой, тогда иди, освещай юные умы с пагоды прожитых лет. Аврора, у тебя вся жизнь впереди, перед тобой откроется целый мир с его загадками и тайнами. Целый мир, представляешь? Пускай порой ты будешь по колено в грязи где-нибудь в гробницах в Перу, но ты будешь счастливой, хоть и чумазой, как трубочист! — госпожа Янг впорхнула пятой точкой на край столика ассистентки и заглянула ей в глаза серьезным, сосредоточенным взглядом: — А теперь скажи мне честно, готова ли ты ради какой-то доброй памяти запереть себя в глухой ящик и забыть о том, что, с твоим светлым юным умом тебя ждет? Я ведь не просто так выделила тебя среди всей группы практиканток. Ты копалась в пыли и грязи с высоко поднятой головой, невзирая на кусачую мошкару и палящее, обжигающее солнце пустыни Цайдан. Ты увлечена своей работой намного серьёзнее своих сокурсниц, половина из которых не готова была мараться. Даже твоя Урсула… Помнишь с какой жалостью она отрезала свои длинные ногти и как неприязненно копалась в густой жиже песка, когда пролил сильнейший ливень? — она перевела дыхание, взглянув на обрубленные, неаккуратные ногти Авроры. — А теперь скажи мне адресок того, кто наставил тебя на путь истинный, я напишу ему благодарственное письмо.
— Боюсь, не получится, — мрачно проговорила Аврора; налёт веселья быстро сполз с её лица.
— Почему? — лучезарно улыбаясь, спросила наставница.
— Он в Азкабане…
