— Ну, ничего, есть куда более сложные профессии, а учеба твоя закончится в феврале, и станешь настоящим аврором, как ты и мечтал, Чарли, — Аврора старалась выглядеть заинтересованной, подбадривала его, но было видно, что ей не даёт покоя последняя встреча с ним в Хогвартсе — как напоминание о смерти Джоконды. — Будешь ходить со значком, а там, того и гляди, дадут повышение, смотря как ты себя проявишь.
— Дело не в учёбе, просто я насмотрелся за стажировку…
Том незаметно покачал головой из стороны в сторону, призывая того к молчанию, примерно понимая, какие слова последуют дальше. Аврора тоже это поняла, и за их столом воцарилось неловкое молчание. Глупый мальчишка ожидал, что профессия аврора будет захватывающей и интересной, но не учел, что ему придется иметь дело с трупами, кровью, убийствами. Может, после стажировки его определят в отдел, где ему не придется с этим работать. Скорее всего, так и будет, аврорат отсеивает слабаков на бумажную волокиту — туда Чарли и дорога. Том не выдержал и усмехнулся, поражаясь какими самонадеянными могут быть простофили вроде Чарли, и что из них получается.
— Я на секундочку, — проговорила Аврора, вставая из-за стола; она направилась в уборную, оставив молодых людей наедине.
— При ней не стоит употреблять таких слов, как смерть или трупы, — вкрадчиво произнёс Том. — Джоконда Смит была её лучшей подругой, а свои эмоции вам, Чарли, стоит держать при себе.
Том с отвращением заметил, как дрогнули губы собеседника. Тот стал мять в руках шапку. Неужели смерть может так действовать на людей? Он даже не знал эту девушку… Слабые нервы стоит лечить.
— Том, вы просто не понимаете, вы не видели смерть, вы не присутствовали при том, как бедную девочку уносили на носилках, а в больничном крыле стоял такой запах…
— Запах? — удивился Том. — Ваше воображение вас обмануло, Чарли. Труп начинает разлагаться и смердеть, если мне не изменяет память, не менее чем через сутки после смерти, и то это зависит от множества факторов, но, если учесть, что сейчас зима, это должно было занять намного больше времени. Даже пролежав в больничном крыле больше четырех часов, она не успела бы оттаять и начать самопереваривание,— Риддл с интересом наблюдал за реакцией Чарли: лицо того приобретало множество оттенков — от зелёного, желтого до состояния беленой стены.
— Хватит, — попросил тот, поднеся кулак ко рту, кажется, у него даже начались желудочные спазмы. Чарли провел дрожащей рукой по взъерошенным волосам, пытаясь прийти в себя. — Нет, Том, про трупный запах я знаю, вы не понимаете, — ему было тяжело говорить, но он, превозмогая отвращение, продолжил тему: — Когда… Джоконда Смит начала… таять, — старательно выбирая слова, начал он. — Появился этот запах, он не был похож на трупный, скорее… так пахнут очень грязные туалеты, понимаете?
Том вздохнул, скептично взглянув на борющегося с тошнотой парня. Аврора задерживалась.
— Понимаю, это, скорее всего, результат воздействия чар, чтобы снять окоченение, насколько я знаю, судколдомедэксперты имеют подобные заклинания на вооружении. Вам виднее, но… Мышцы расслабляются, и из организма выходит лишнее...
— Это действительно так, но запах был такой… острый, что ребятам пришлось надеть защитные маски, прежде чем им удалось проветрить помещение, чтобы избавиться от него.
— Вы преувеличиваете…
— А вы циник, Том, — неприязненно бросил тот. — Вы учились с погибшей в одной школе, а Джина, как вы сами упомянули, была её лучше подругой. Я второй раз встречаю вас вместе с Джиной, значит, вы, вероятно, часто пересекались и с Джокондой Смит…
Чарли был близок к истине, но даже не представлял насколько.
— Я просто приглядываю за Авророй Уинтер по просьбе Альбуса Дамблдора…
— Мило с твоей стороны, Том… — донёсся до него почти равнодушный голосок. — Не знала, что нас с тобой связывают именно такие отношения.
Том два раза моргнул, прежде чем вникнуть в смысл сказанных ею слов.
— Ты всё не так поняла…
— Оно и видно. Ты что, стыдишься меня? — сверкнув глазами, спросила Аврора. — Ладно, передам профессору Дамблдору, что мне не нужно сопровождений, — иронично закончила она, доставая из кармана несколько кнатов и сикль и кладя их на стол стопкой.
Чарли усмехнулся, увидев на лице Тома появившееся всего на миг смятение. Аврора поняла всё правильно. Она схватила сумку, мантию, свою глупую желтую шапку и направилась к выходу.
— Аврора, стой! — крикнул Том ей вдогонку, но та, бросив короткое прощание Розалии, вышла на задуваемую метелью улицу.
— Давай, нянечка, иди за подопечной, — издевательски проговорил Чарли, злорадствуя. — И у вас всегда каждый платит сам за себя? Джентльмен, называется.
— Пошёл ты, — злобно бросил Том, кидая на стол несколько монет, одна из которых, прокатившись, со звоном упала на пол. Он одарил довольного собой Чарли испепеляющим взглядом, схватил верхнюю одежду, подарок Авроры и быстрым шагом направился к двери, услышав вдогонку противный смешок.
