— Мерлин, что ты творишь? — в ужасе уставился на него Том; Крауч явно пробивал защиту, Том это чувствовал, касаясь сознания Авроры. Самое ужасное в связи было то, что нельзя было её так просто оборвать, могли пострадать разумы обоих. — Каспар, я же просил не лезть! — проскрежетал Том, направляя волшебную палочку на мечущуюся в кресле Аврору. — Легилименс!
Его затянуло в воронку из ярких вспышек воспоминаний, оставалось только найти то, куда пытается проникнуть его друг-слизеринец, не знающий меры. Том видел обрывки школьной жизни, себя со стороны, быстро листая воспоминания — он представил их книгой с множеством иллюстрированных страниц. По этим мыслям можно было считать ее отношение — уважение, стремление сравняться в знаниях, даже зависть и желание соревноваться. Странный подход к парню, который ей нравится, немного детский что ли… Аврора никогда ничего не пыталась ему доказать или выделиться, она просто была странной девочкой со своими тараканами. Том бы непременно надо всем этим поразмыслил, быть может, усмехнулся, но ему нужно было найти Каспара. Тот не мог уйти далеко, Том видел, как подавалось вибрацией воспоминание, и как треснул тоненький барьер, впуская Каспара… воспоминание о цветах Кусулумбуку… таких же светящихся, как в реальности. У Авроры было очень богатое воображение, оно порой рисовало вещи иначе, чем они были на самом деле. В её представлении Северное сияние было куда контрастнее и ярче, чем то, что находилось в Запретном лесу.
— Выходи, Каспар, — прогремел строгий голос Тома в голове Авроры.
Он материализовался из ниоткуда, из дыма, из ничего — волшебник может создавать собственный образ для удобства, а может быть невидимым.
— Что это? Я вижу Хогвартс, — он указал на шпили замка, виднеющиеся с края поляны. — Я видел, как ты ходил в Запретный лес однажды, Том. Аврора эти воспоминания старательно прятала, — усмехнулся он. — Что означают эти цветы?
— Ты находишься в чужих мыслях, Каспар, она не будет рада, что ты потревожил что-то тайное.
— Ой, да брось, — отмахнулся тот, блокируя слух Уинтер, чтобы она не расслышала его слов, — я просто сотру ей воспоминания о моем пребывании здесь. Я долго ломал голову над тем, почему вы с Авророй постоянно вместе. Я слышал, как она говорила: «Северное сияние» несколько раз. Это ведь оно, да Том? — Каспар перегибал палку, он лез не только в тайны Уинтер, но и в тайны Тома. — Она, наверное, любит тебя, — усмехнулся он, — такой портрет в полный рост нарисовала, закачаешься. Не отличишь от колдографии! — его забавляла ситуация. — Так что же это такое? Что это за цветы такие?
Том снисходительно оглядел друга, который просто веселился, ему было наплевать на эти цветы, но Каспар умел трепать языком, когда не нужно.
— Выходи из её головы, немедленно! — прорычал Том; он использовал другой вид ментальной связи — более слабый, просто просмотр воспоминаний без изменений, так как два легилимента в одной голове — может быть опасным для Авроры.
— Подожди, я еще не закончил, — уже серьезно произнес Каспар, — думаю, что смогу изменить это воспоминание.
— Это воспоминание слишком большое, оно связано со многими другими, и ты просто повредишь ей мозг! — Том начинал чувствовать нечто странное внутри; он так привык носиться с этой девочкой, что ощущал тревогу не из-за того, что потом будет с ними, а из-за того, что случится с ней. Он обещал, что это не опасно, обещал, что проследит, а она — такая наивная — поверила.
— Нет, здесь такое поле для деятельности! — искренне восхищался Каспар. Он вновь развеялся в туман, так как собственный отпечаток в чужом сознании отнимает очень много магической энергии. — Резерв создать не сложно, он почти закончен, — вещал голос Крауча на поляне. Его самоуверенность раздражала, хотя совсем недавно он и сам хотел отказаться от идеи рыться в голове Авроры. Том пожалел, что заварил эту кашу. Он мог сделать только одно — просто вытеснить Каспара из воспоминаний Авроры, подпитывать её блоки своей силой мысли…
— Ты чего? — искренне возмутился Каспар; вывалившись из головы Авроры, он не удержал равновесия и упал на пол. — Всё же было хорошо! Это что, была двусторонняя связь? Ничего себе! Ты только что соединил ментальные блоки Авроры и свои! Потрясающе! Ты не говорил, что дошел до этого параграфа! — Каспар поднялся с пола и подошел к Авроре; у нее из носа текла тонкая струйка крови, пачкая белую школьную рубашку. — Черт, я перестарался, — он задумчиво почесал голову и повернулся к Тому, но встретился с его волшебной палочкой. — Эй, ты чего? — Каспар скосил глаза на кончик волшебной палочки. — Ты что собрался делать? Эй! — во взгляде постепенно появлялся ужас и понимание, что мрачный вид Тома не сулит ничего хорошего.
— Ты слишком многое себе позволяешь, — холодно проговорил Том, не опуская волшебной палочки. — И ты еще очень многого не знаешь о моих способностях. Обливиэйт!
