Чтобы ее организовать, требовалось время – черт возьми, уйма времени требовалась даже на то, чтобы просто покинуть пляж. Для каждой группы уже отвели свою территорию вдоль береговой линии. Им предписывалось не стращать, но донести мысль до
Дело займет целую ночь.
Сам Питерс встал в полчетвертого утра и потому сейчас почти не чувствовал под собой ног. Это было даже больше, чем просто смертельная усталость; в сущности, двигался он уже на одном «автопилоте», почти не отдавая себе отчета в том, что творится перед глазами. Он практически потерял представление о времени, то и дело мысленно вопрошая:
В бардачке машины у Питерса была припрятана початая бутылка виски. Он держал ее на крайний случай, но в данный момент машина стояла у дома, а они направлялись к патрульному автомобилю Манетти. Питерс прикинул, а не захочет ли Манетти сделать остановку, чтобы, так сказать, подзаправиться. Но как-то в этом сомневался.
Они брели по узкой полоске пляжа – все лучше, чем карабкаться по скользким камням. Вперед вырвались Гаррисон и четверо патрульных; Манетти и Питерс тащились в нескольких метрах у них за спиной. Манетти поднял на старика взгляд. «
– Если захочешь пойти на боковую, Джордж, я все пойму.
– Я чертовски хочу пойти на боковую, да только, боюсь, пока рановато. Правда, если все же свалюсь в обморок, то можешь просто оставить меня в машине.
– Скажи, как думаешь, что они сейчас делают? Сидят дома и смотрят телевизор? Или снова вышли на охоту?
– Пожалуй, второе. К чему тратить такую лунную ночь на какой-то телевизор?
Довольно длинный отрезок пути они прошли в полном молчании.
Маленький человечек, на самом деле совершенно не существовавший.
Питерсу чертовски хотелось снова смочить горло, да поскорее.
– Наша область – это Станция, так? – спросил он со вздохом.
– Точно.
– Послушай, Вик, а ведь это совсем недалеко от моего дома. Может, заскочим туда хотя бы на минутку? Мне будет немного комфортнее с тридцать восьмым под рукой.
Манетти вновь взглянул на Питерса. Тот уловил интонации собственного голоса и понял, что не обманет никого из присутствующих. Но Манетти не стал задавать лишних вопросов и лишь кивнул.
– Разумеется, Джордж.
Питерс прекрасно понимал, что ему лишь пошли навстречу. Полицейским не полагалось пить на службе, штатским же не позволялось пить и при этом носить оружие.
Питерс уже не был копом, но в данный конкретный момент его было сложно назвать и гражданским. Его даже позабавила мысль о том, нарушает ли он в данный момент сразу два закона – или, напротив, ни одного. Наверняка сам Манетти рассудил бы, что ни одного. А может, он вообще не захотел бы ничего и никого судить.
Он слишком устал. Выдохся.
Майлз Гаррисон отыскал тропу и с улыбкой взглянул на Питерса.
– Мальчишками мы частенько ею пользовались, – сказал он. – Ходили к пляжу и жгли там костры. Обжимались, пивком баловались.
– Я знаю, – отозвался Питерс. – Сам же ходил вас ловить.
Гаррисон рассмеялся:
– Но так ни разу и не поймал ведь, правильно?
– Да не очень-то и хотел. Просто надо было шугануть вас с пляжа. А то зачем бы нам, по-твоему, чуть ли не строем вышагивать по берегу, светя вокруг фонарями?
– А мы-то думали, что полицейские такие тупицы.
– Мы ими и были. А теперь и ты. Все копы – тупицы, помнишь?
– А через пару ночей мы все равно возвращались на прежнее место.
– И мы опять гонялись за вами. Знаю я все это.
Тропинка чуть забирала в гору, и Питерс основательно запыхался, даже вспотел.
– А мне всегда казалось, что нам просто везет, – сказал Гаррисон. – Ну, я имею в виду, что вы нас так ни разу и не поймали.
Питерс остановился, чтобы немного отдышаться.
– Вам и в самом деле везло, – сказал он.
И про себя подумал:
Они продолжили подъем.
– Еще минутку! Ну одну минуточку! Я не могу...
– Ложись в постель, Люк! Немедленно!
С тем, чтобы улечься спать вовремя, всегда возникали проблемы, и нынешний вечер не стал исключением из правил.