Страх и гнев поползли по ее коже, подобно сцепившимся в ожесточенной схватке красным и черным муравьям. Яростным движением руки она смахнула их с себя.
Убирайся!
Теперь Клэр откровенно боялась этого человека – его крепкого тела, исходившего от него едкого запаха экскрементов, уверенной позы, глаз, впившихся в нее взором бешеной собаки, его топора, медленно поворачивавшегося в лучах лунного света.
А затем ее снова охватил гнев, за его надменность, за то, что он осмелился испугать их – женщину, ребенка и младенца.
Гнев за его трусость. Страх перед его мощью.
Клэр хотелось куда-нибудь убежать – и в то же время броситься на него. При этом она понимала, что и то и другое – неверно, что все это абсолютно ничего не даст и обернется лишь гибелью. Она мысленно увидела собственное тело, извивавшееся у его ног здесь, на этом же месте, и поняла: существовал единственный способ избежать подобного исхода, выжить в сложившейся ситуации. Нужно и убежать, и напасть разом, как бы раздвоиться. Это вполне осуществимо. Потому что она была не одна – вот уже много лет она не одна.
Их
– Люк!
Мальчик стоял, буквально прикованный к месту.
Клэр сунула младенца ему в руки. Мужчина сделал шаг вперед.
Взгляд ее скользнул вправо, влево, осматривая землю вокруг. Ну надо же, ни одной палки. Почва под ногами все еще довольно каменистая. Наклонившись, она стала хвататься за камни, ковырять пальцами ссохшийся дерн. Пустой номер – уж слишком крепко сидели в земле те камни, и земля не хотела уступать напору.
А мужчина между тем продолжал приближаться, слегка покачивая топором.
Клэр упала на четвереньки и выставила вперед руки с растопыренными пальцами, чувствуя, что задыхается от ярости, и ощущая, как по щекам струятся слезы отчаяния.
Затем она почувствовала, как стоявший позади нее Люк сделал шаг в сторону. Так, хорошо. Она повернулась к нему.
– Беги! – завопила Клэр.
Мелисса уже заливалась отчаянным криком.
– Мам?..
– Беги!
Мужчина уже почти приблизился к ним, и Клэр собиралась было встать, воздвигнуть у него на пути бастион из одного своего тела. Люк резко развернулся и побежал. Увидев это, она испытала приступ безмерного облегчения, тут же сменившийся глубоким вдохом, как если бы и она намеревалась перейти на бег. Клэр встала, готовая встретить врага, если потребуется, при возможности – причинить ему какой-нибудь вред.
Мужчина неотрывно смотрел на нее. В его взгляде, как ей показалось, промелькнуло что-то вроде смущения. Когда он перевел взгляд на Люка, до Клэр дошло, кто именно из них двоих был по-настоящему важен – и что будет дальше.
– Не-е-е-ет! – протяжно завопила она, стремглав бросаясь вперед, впиваясь ногтями уже не в неподатливую землю, а в его тело. Мужчина резко оттолкнул ее в сторону. Она все же заставила его покачнуться, потерять равновесие. Когда же он выпрямился, Клэр снова налетела на него и, обеими руками обхватив его ноги, не позволила броситься в погоню за Люком. Издав возглас изумления, он упал, всем телом грянув оземь, и стал отползать в сторону, притом поворачиваясь и замахиваясь на нее топорищем. Через долю секунды Клэр ощутила его мощный удар по лицу, почувствовав характерный привкус собственной крови. Женские руки ослабили хватку, но враг не освободился – Клэр вцепилась в него не на страх, а на совесть, предоставляя Люку шанс убежать подальше. Перед глазами у нее дико плясали разноцветные всполохи, а в голове все гудело и ломило.
Наконец он высвободил одну ногу и с силой саданул Клэр пяткой по лицу – на сей раз она уже едва не поперхнулась собственной кровью, ощутив, как хрустнул один из дальних зубов и что-то острое вонзилось ей в верхнее нёбо. Клэр разжала руки, и мужчина высвободил вторую ногу. Сама она отвалилась в сторону, обессиленная и перепачканная.
Лежа на земле, она увидела, как дикарь поднялся на ноги и стал оглядываться, явно высматривая мальчика. И прислушиваясь. Она же отчаянно пыталась встать хотя бы на колени.
Люк исчез. Его нигде не было видно. Тропинка превратилась в сплошную пелену мертвого безмолвия.
Даже несмотря на боль, она почувствовала глубокое удовлетворение, смешанное с презрением к этому существу. Ее триумф.
Эти чувства переполняли ее даже тогда, когда мужчина протянул руку и вцепился в ее волосы – Клэр истошно завизжала от боли – и силой заставил подняться на ноги.
Присев на корточки, Женщина спряталась в зарослях папоротника и кустарника.
Она видела, как навстречу им вдоль русла протоки поднимается какой-то человек.
Порядком уставший, похоже.
За спиной у нее, еще дальше в кустах, прятались Заяц и Землеедка, также пристально наблюдавшие за чужаком. Землеедка, правда, смотрела лишь изредка – она сосредоточенно жевала молодой побег хвоща, перетирая зубами сладковатый стебель.