— Он записал послание для своей дочери. А я для мамы. Транслировать мы не можем, потому что сняли оборудование для «Авроры», но записи прикреплены к вахтенному журналу и при его извлечении автоматически воспроизводятся. Даже если нас не будет на борту. — Чуть поколебавшись, Лурдес интересуется: — Я так понимаю, он беспокоится, что, даже если все пройдет гладко, «Верукс» сразу же нас не отпустит?
Меня обжигает чувством вины.
— Возможно, — соглашаюсь я.
Также возможно и то, что я последняя сволочь. Меня волновали только собственные чувства — какими они должны или не должны быть, — в то время как о потенциальном риске и жертвах, на которые идут Кейн и остальные, я даже не задумывалась.
А они столь многим рискуют только из-за меня, из-за моего плана. От этой мысли меня мутит. Я не достойна их жертв.
— Черт, — вырывается у меня.
Девушка удивленно вскидывает брови.
— Извини, нет. Никаких посланий, — говорю я ей. Если только не отправить пару ласковых себе, тупице разэтакой. — На Земле не осталось ни души, кого волновала бы моя судьба. — И сама морщусь, какой жалостью к себе веет от этих слов, даже если они и правдивы. Впрочем, если вдуматься, пара воспитателей в интернате да инструкторы подготовки ремонтников комсети «Верукса» наверняка уже умерли.
— О! — печально отзывается Лурдес.
— Да все в порядке, — выдавливаю я улыбку. — Землю я все равно никогда особо не любила.
Обдумав мое заявление, она кивает:
— Понятно… — Помявшись, девушка в конце концов спрашивает: — Можно я подожду тебя? Не уверена, что хочу идти в одиночестве через все это. — Она машет в сторону шлюза, нервно переминаясь с ноги на ногу. Под глазами у нее я замечаю темные круги.
— Конечно. Через минуту буду готова.
Мне и вправду не требуется много времени, чтобы у себя в каюте переложить кое-какую одежду и туалетные принадлежности из собранного вещевого контейнера в сумку.
Случайно касаюсь пальцами мягкой ткани детского одеяла — и в нерешительности замираю. Это единственная моя собственная вещь, связанная с мамой — но также и с катастрофой на Феррисе. И брать ее с собой все равно что напрашиваться на неприятности. Размахивать красной тряпкой перед судьбой, подзадоривая ее снова нанести удар.
Я раздраженно качаю головой. Что еще за глупости.
Запихиваю одеяло в сумку и застегиваю молнию.
Мы с Лурдес надеваем скафандры, и я, следуя указаниям Воллера, отключаю основные системы ЛИНА и запускаю обязательную диагностику. А по выходе буквально ощущаю спиной притяжение корабля. Мне даже мерещится его шепот: «Обернись! Вдруг больше никогда не увидишь свой дом, где жила последние восемь лет».
Однако я заставляю себя двигаться дальше и смотреть только вперед. Взгляд назад мне ничего не даст.
На этот раз путь до атриума отнимает больше времени, поскольку приходится тянуть контейнер с продуктами. Кроме того, опыт перемещения в невесомости у Лурдес невелик, и она с трудом поспевает за мной.
В конце концов я решаю, что проще пристегнуть ее к себе страховочным тросом.
— Кэп… Клэр, — тихонько произносит девушка, когда мы достигаем входа в атриум. — Ничего, если я закрою глаза?
«И таким образом полностью переложу ответственность за свою безопасность на тебя», — мысленно договариваю я за нее. Внутри моментально вспыхивает раздражение. Я этого не хотела. И не хочу. Внезапно мне становится слишком тесно и жарко в скафандре.
Вот только, похоже, именно это я сейчас и делаю. Принимаю решения за людей, которые полагаются на мою безошибочность.
— Конечно, — отвечаю я как можно спокойнее. Вообще-то, всем нам, в том числе и самой Лурдес, будет только лучше, если она не увидит мертвецов вблизи.
К счастью, на верхней площадке винтовой лестницы нас уже поджидает Кейн. Без лишних слов он берется за контейнер и толкает его в коридор. Потом подтягивает к себе девушку, отстегивает от нее трос и тащит за собой.
Следом за ними вплываю в коридор и я. Воллеру удалось включить здесь освещение, и обстановка воспринимается практически нормальной. За исключением кровавого послания на стене, которое так и не удалось разобрать.
— Теперь безопасно, — говорит Кейн девушке тем же мягким тоном, каким разговаривает с дочерью по видеосвязи. Ощущаю укол зависти и одновременно жгучее отвращение к самой себе. — Можешь открыть глаза.
Лурдес ахает:
— Как красиво! Только посмотрите на стены!
Еще один поклонник настоящей древесины. Я только и качаю головой.
— Мостик в конце коридора, за углом, — объясняет механик девушке. — Просто перебирайся по дверным проемам. Если вдруг не удержишься или не ухватишься за ручку, не паникуй. Я буду за тобой и через минуту приду на помощь.
— Хорошо, — отзывается она гораздо увереннее. У Кейна настоящий дар успокаивать людей.
Он возвращается ко мне и контейнеру, плавающему на боку неподалеку.
Я должна перед ним извиниться. Причем не раз. Уже раскрываю рот, однако слова застревают в горле.
— Все в порядке? — Все его внимание, однако, сосредоточено на коробе с провизией. Естественно, нарочно.
