Подъезжая к Епископскому мосту, мы увидели трех человек, спустившихся на дорогу с холма. То были простолюдины в серых блузах из грубой ткани: один шел вразвалочку, как обыкновенно ходят крестьяне; двое других, судя по более ровной походке, были горожанами. Бравая выправка и привычка размахивать при ходьбе руками выдавали в одном из них бывшего солдата. Заметив нас, они замедлили шаг, на лицах их отразилось удивление. Эдвард приветственно махнул рукой.
— Я знаком с одним из этих парней, — пояснил он. — Прошу меня извинить, я немного от вас отстану.
Он спешился, подошел к путникам и пожал им руки. Завязалась оживленная беседа, но слов на расстоянии разобрать было невозможно. Я заметил, что Джозефина смотрит на говоривших с явным беспокойством. Вспомнив разговор, состоявшийся между Эдвардом и бывшим солдатом в «Голубом кабане», я навострил уши, но до меня долетела лишь фраза, брошенная одним из незнакомцев: «Там нет воды, а в остальном место отличное».
Попрощавшись со своими собеседниками, Эдвард вновь присоединился к нам. Глаза его так и искрились от возбуждения.
— Что ж, нам пора возвращаться, — сказал он. — Джульетт Уингейт просила забрать Мышку не позднее пяти.
Барака мы оставили в «Голубом кабане», а с Эдвардом и Джозефиной расстались у ворот «Девичьей головы». На прощание я сообщил, что через несколько дней мы намерены отправиться в Лондон.
— Да, сэр, конечно, вам пора ехать, — подхватила Джозефина с неожиданной горячностью. — В Лондоне вас наверняка ждут важные дела.
Известие о нашем скором отъезде, несомненно, ее обрадовало; это обстоятельство не могло не задеть меня.
— Мы непременно напишем вам в самом скором времени, — пообещал Эдвард.
Мы с Николасом подъехали к конюшне. К моему удивлению, навстречу нам выбежал сам мастер Теобальд. В руке он держал письмо, запечатанное массивной красной печатью.
— Гонец доставил его сразу после вашего отъезда, — сообщил он, вручая письмо мне.
Сперва я решил, что это очередное послание от Пэрри или от леди Елизаветы. Однако печать была мне незнакома. Сорвав ее, я пробежал строчки глазами, и у меня перехватило дыхание.
— Что случилось? — спросил Николас.
В ответ я едва слышно проронил:
— Нам надо подняться наверх.
Оказавшись в своей комнате, я передал письмо Николасу. Послание из Кеннингхолла было предельно сухим и коротким.
— Что ей от вас надо? — выдавил из себя потрясенный Николас.
— Возможно, она хочет узнать побольше о той роли, которую ее сестра сыграла в деле Болейна.
— Неужели Марии стало известно, что Эдит Болейн побывала в Хатфилде? — с беспокойством спросил Николас. — Помните, Пэрри признался, что у каждой из сестер имеются свои осведомители при дворе другой.
— Об этом мы можем только гадать. Но мы служим леди Елизавете, и наш долг — никому не выдавать тайну, которую она нам доверила. Даже наследнице престола, — изрек я, буравя Николаса взглядом.
— За меня можете не беспокоиться, — пожал он плечами.
— Полагаю, при встрече будет присутствовать Саутвелл, — добавил я, нахмурившись.
Порывшись в бумагах, лежавших на моем столе, я извлек карту, которую Тоби нарисовал перед нашим путешествием в Норфолк.
— Так, Кеннингхолл. Это примерно в двадцати милях к югу отсюда. За один день мне такой путь не проделать. Придется нам заночевать в Ваймондхеме или в Эттлборо. Ступай поговори с трактирщиком, спроси, какой из этих городов, по его мнению, лучше подходит для ночевки.
Николас ушел, а я уставился в окно. Сегодня снова был базарный день, и на улицах царило оживление. Прохожие, казалось, от жары едва таскали ноги.
«Зачем я понадобился леди Марии?» — вертелось у меня в голове.
— Хозяин говорит, надо останавливаться в Ваймондхеме! — с порога объявил вернувшийся Николас. — Расстояние до Эттлборо намного больше, а в первый день нам лучше проделать не слишком длинный путь. — (Я кивнул в знак согласия.) — По словам мастера Теобальда, в Эттлборо сейчас неспокойно, крестьяне по-прежнему волнуются. А Ваймондхем — довольно большой город, третий по величине в Норфолке, и в нем имеются приличные постоялые дворы. Правда, в ближайшую субботу там состоится ярмарка и грандиозное театральное представление. Оказывается, его устраивают каждый год. Так что, если мы хотим найти свободные комнаты, надо спешить. Хозяин сказал, самый лучший из тамошних трактиров называется «Зеленый дракон».
— Отлично. Завтра утром отправляемся в путь.
Вообще-то, на следующий день я намеревался съездить на ферму Тоби Локвуда и узнать, почему от него нет никаких вестей. Но эту поездку вполне можно было отложить.
— А сейчас сходим в таверну «Голубой кабан», сообщим нашу новость Бараку, — распорядился я. — После чего стоит заглянуть в цирюльню, подстричься и побриться.
