— Землю нельзя ни разрушить, ни разграбить. Когда все эти безобразия закончатся, мы вернемся в Бриквелл и все отстроим заново.
— Мастер Чаури, быть может, вам стоит съездить туда и посмотреть, как обстоят дела? Возможно, разрушения вовсе не так велики, как вы полагаете.
— Бриквелл со всех сторон окружен мятежниками, — сердито прищурившись, возразил Дэниел. — Они не слишком жалуют управляющих, которые служат богатым землевладельцам. Если я туда сунусь, они, скорее всего, схватят меня.
— При всем уважении к вам не могу не заметить, что бунтовщики держат под арестом исключительно джентльменов.
— Но я не могу покинуть миссис Болейн. Сейчас она нуждается в помощи и поддержке больше, чем когда-либо.
— Да, я боюсь оставаться одна, — подхватила Изабелла, устремив на меня взгляд ясных голубых глаз. — Мастер Шардлейк, вы забыли, что, кроме Дэниела, обо мне некому позаботиться. В такие времена, как сейчас, женщина не должна оставаться в одиночестве.
«Что ж, миссис Болейн никак не назовешь дурочкой, — подумал я. — Если бы Чаури вел себя подозрительно, то она, вне всякого сомнения, заметила бы это. Разумеется, если только Дэниел не ее любовник, что вряд ли».
— Ладно, нам пора, — сказал я. — Надеюсь, в скором времени у меня будет возможность навестить вас и вашего мужа. Постараюсь сделать все, что от меня зависит, чтобы оградить его от возможных опасностей.
— Боюсь, ответа на просьбу о помиловании нам придется ждать долго, — вздохнула Изабелла. — Теперь, когда в стране такие… волнения, протектору не до того, чтобы решать участь Джона.
— Да, нам придется запастись терпением, — кивнул я.
— Мы чрезвычайно признательны вам за помощь, которую вы нам оказали, мастер Шардлейк, — произнес Чаури, поднимаясь. — Позвольте мне проводить вас.
Мы с Бараком, поклонившись Изабелле, двинулись к дверям вслед за Чаури. Я догадывался, что он хочет сказать нам что-то наедине. И действительно, пристально глядя на меня, он произнес вполголоса:
— Несомненно, сэр, вы понимаете не хуже моего, что в данных обстоятельствах поездка в Бриквелл — это чистой воды безумие. Как видно, вы хотите разлучить нас с Изабеллой. Неужели вы считаете, что я способен отравить человека, которому несколько лет служил верой и правдой? — Голос его задрожал от гнева.
— Не горячитесь, приятель, — предостерегающе процедил Барак.
— Я должен рассмотреть все возможные версии, — пожал я плечами.
— Мне плевать на ваши так называемые версии, — прошипел Чаури. — Изабелла на редкость красивая женщина. Разумеется, она привлекает мужчин. Я вижу, вы тоже не остались к ней равнодушным. Но она верна Джону Болейну и думает только о нем. Все, чего я хочу, — это помогать Изабелле и защищать ее.
Я взглянул ему прямо в лицо. Злобно прищуренные глаза, плотно сжатые губы. Понять, что творится на душе у этого человека, было невозможно, в особенности сейчас.
— Что ж, я рад, что миссис Болейн в надежных руках. До скорой встречи, — кивнул я.
— Вижу, вы торопитесь в лагерь, к своим друзьям-мятежникам, — презрительно бросил Чаури. — Сколько они вам платят за услуги, мастер Шардлейк?
— Нисколько, — отрезал я, повернулся и пошел прочь, ощущая спиной его ненавидящий взгляд.
Смеркалось, хотя в окнах домов еще не теплились огоньки свечей. Прежде чем вновь заглянуть к Джозефине, я собирался нанести еще один визит — старой Джейн Рейнольдс. Эта женщина, казалось давшая обет молчания, нарушила его два раза: на суде и в тот день, когда она подарила Скамблеру монету и тем самым, возможно, спасла парню жизнь.
По пути Барак заметил:
— Все, что говорил Чаури, кажется вполне правдоподобным.
— Согласен. Но в тот день, когда Болейн получил отравленную курицу, управляющий ходил за провизией дольше, чем обычно.
— Кстати, Изабелла тоже вполне может быть причастна к отравлению.
— Не могу поверить в то, что она хочет убить своего мужа.
— Похоже, Дэниел прав, и вы действительно слегка в нее втрескались, — ухмыльнулся Барак. — Не забывайте, Изабелла несколько лет проработала в таверне и научилась там строить глазки. А теперь без труда водит Чаури вокруг своего хорошенького пальчика.
— Не пори чушь! — возмутился я. — Ничего я не втрескался! По крайней мере, не до такой степени поддался чарам Изабеллы, чтобы утратить здравый смысл. И у меня нет никаких оснований усомниться в ее любви к мужу.
— Знаете, похоже, Эдвард прав, — поколебавшись, заявил Барак. — Вы тратите на дело Болейна слишком много сил. А времена сейчас такие, что это непозволительная роскошь.
— Меня в любые времена тревожит мысль о невиновных людях, ставших жертвами убийства, — отрезал я. — А в нашем деле таких уже четверо. Эдит Болейн, слесарь, его ученик и констебль, имевший несчастье съесть отравленную курицу.
Внимание наше привлекли радостные крики, долетавшие со стороны ратуши. Подойдя ближе, мы увидели множество людей, складывающих в повозки самое разнообразное оружие — мечи, копья, пики и алебарды. Среди них был Майкл Воувелл, не замедливший подойти к нам. Он пребывал в легком подпитии и превосходном расположении духа.
