Когда на меня накатила очередная волна тошноты, я сплюнула, вытерла рот и подошла ближе к монастырю. У главного входа был портик с балконом наверху. Оказавшись на балконе, мне нужно было бы подняться по фасаду, чтобы добраться до самого верхнего окна. Желудок перевернулся, у меня на мгновение закружилась голова. Хорошо, что у меня не было проблем с высотой.
Мой скальп покалывало. За мной наблюдали. Изгнав это ощущение, я проверила местность. Никаких вампиров. Один призрак на третьем этаже, окружённый тёмным, властным злом. Оно знало, что я здесь и для чего. Я почувствовала его намерение остановить меня. Убить и напитаться мной.
Когда я добралась до ступенек входа, я уставилась на входную дверь, которая, вероятно, была армирована. Но меня остановило не это. Всё дело было в тёмной потребности, тянувшей меня к двери. Зло очень сильно хотело, чтобы я оказалась в здании. Оно хотело проглотить меня целиком.
ГЛАВА 15
В самой глубокой тени, сбоку от портика, я подпрыгнула на три метра и ухватилась за край перил, а потом подтянулась и перелезла через них. Платформа балкона была площадью около двух квадратных метров, с установленными в четырёх углах горшками с цветущими лианами.
Услышав приближение туристической группы, я присела на корточки, изучая восемь метров, которые мне нужно было преодолеть, чтобы добраться до окна. С этого угла я едва могла видеть макушку призрака, но слышала её пронзительные вопли о помощи. Как, чёрт возьми, я собиралась это осуществить?
Я скорее почувствовала, чем увидела, движение во французских дверях прямо передо мной. О, да. Зло наблюдало за мной. Желчь снова подступила к моему горлу от вида чёрных глаз, вспыхнувших в темноте. Звука, похожего на скрежет длинных острых когтей по стеклу. Когда дверная ручка повернулась, я шлепнулась на задницу и ударилась о бетон, что-то острое впилось в мою правую руку.
Смех. Оно смеялось надо мной. Я была в этом уверена. Я изучала свою ладонь в темноте. В центре зиял небольшой прокол, который чертовски щипал. Колючка одной из лиан рядом со мной пробила кожу.
Когда я убедилась, что туристическая группа двинулась дальше, я встала и отряхнулась. Злобное существо не хотело или не могло выйти наружу. Я чувствовала его ярость, его голод от того, что я была так близко и всё же вне досягаемости.
Ладно, хватит валять дурака. У французских дверей были открыты ставни и прислонёны к стене здания. Я отодвинула одну сторону на тридцать сантиметров от стены и, прыгнув, легко приземлилась — хотя и потеряла равновесие — наверху. Ухватившись за декоративный край стены в двух метрах над дверью, я успокоилась и спланировала свой следующий шаг.
Поставив один ботинок на оштукатуренную раму французских дверей, я оттолкнулась от стены и уцепилась за узкий выступ под круглым окном. Я не стану смотреть вниз.
Ботинок соскользнул, и мой желудок сжался, точки поплыли перед глазами. Я висела на кончиках пальцев в девяти метрах над землёй.
— Почему я чувствую запах твоей крови?
Я резко вздрогнула от голоса Клайва, едва не упав на свой… ну, было сомнительно, что я умру, но было бы чертовски больно.
— Боже! Ты пытаешься довести меня до сердечного приступа?
Глупый, молчаливый вампир.
— И разве ты не должен был увести тех вампиров, настроившихся на весёлую охоту, подальше от меня?
— Я не оставлю тебя одну в монастыре зла. А Рассел и Годфри уже увели их к таунхаусу.
Клайв свесился с крыши, глядя на меня сверху вниз, одной рукой обхватив крест, а другой потянувшись ко мне.
— Значит, что история «вампир и крест» это большая ложь, да?
Клайв метнул взгляд к религиозному символу, на котором он висел, и ухмыльнулся.
— Дай мне руку, и я помогу тебе подняться.
— Не могу дотянуться, далеко. Мне придётся подпрыгнуть, и тебе лучше поймать меня. У нас будет только один шанс на это.
Мои пальцы убивали меня, теряя силу, но я держалась, пытаясь найти точку опоры, которая могла бы дать мне хоть какой-то рычаг. Пошарив несколько минут, я нашла опору. Крошечный выступ, но кончики моих ботинок зацепились за него.
— Поехали.
Мышцы напряглись, я толкнулась вверх, вытянула руки и взмолилась о чуде.
У меня было всего мгновение, чтобы представить, как мой череп раскололся о цемент внизу, прежде чем Клайв рукой обхватил моё запястье.
Сердце бешено колотилось, я выдохнула.
— Пожалуйста, не урони меня.
— Никогда. Итак, почему я чувствую запах твоей крови?
— Ерунда.
Я не знала, что произойдёт, если похожая на сок злая слизь, которая ползла по моим пальцам, пока я свисала с выступа, проникнет внутрь меня, но я была почти уверена, что это будет крайне плохо. Я сосредоточила всю свою энергию на порезе. Лидия, мама Оуэна, научила меня представлять свою магию в виде катушки светящейся нити, туго смотанной у меня в груди, но готовой размотаться, когда понадобится. Я потянула за эту нить и мысленно обернула её вокруг своей ладони, произнося очищающее заклинание. В моей голове раздался пронзительный вздох, и невидимая слизь исчезла.
— Ты можешь подтянуть меня немного выше? Думаю, что смогу разбить окно ботинком.
