Резко открывшиеся двустворчатые двери заставили всех, кто вскочил на ноги, занять свои места. Шаркающие шаги и скрежет каблуков по кафелю говорили о приближении Магистра. Семьдесят лет назад Себастьян Райдер занял этот пост. Считал ли он себя в этот момент властителем мира или же королем людей — не известно, но в первый же год на его плечи легла повинность, тяжесть которой могут ощутить лишь сами боги. И совсем еще мальчишка узнал об ответственности первого мага Деймоса. "Козел отпущения", "Мальчик для битья" и тот, кто повинен во всем и всегда, — вот кем он был, и остаётся по сей день.
Тяжесть ноши и время превратили мальчика в старика, а из радостной улыбки и огонька во взгляде сделали оскал и лёд голубых глаз.
Шаркающий звук усилился и в кабинет, наконец, вошёл Лорд Райдер. Серая хламида его одеяний колыхалась от каждого шага, облегая сухое худое тело, а редкие светлые волосы почти полностью съела седина. На первый взгляд он не казался старше самого Вильгельма, к тому же его лицо и руки не имели морщин и складок. Но походка, что еще год назад была прямой и резкой, говорила о закате.
Сумерки сгущались, и жизнь Магистра подходила к концу. Деймос, начал шуметь по этому поводу еще полгода назад, когда сын Себастьяна начал проявлять силу главы рода, что перетекала из поколения в поколение в момент угасания магической искры в маге.
Глава Деймоса прошёл к своему креслу, сел, скривившись как от сильной боли, и облокотился на стол.
— Да начнётся пятьдесят первое генеральное собрание Совета Деймоса, — устало сказал Магистр, смотря в столешницу перед собой, — на повестке дня… кто-нибудь может объяснить мне цель нашего собрания?
Голос его тут же стал грубее и фраза в конце приобрела оттенок издевки. Присутствующие переглянулись кто с кем.
Лорда Райдера уже не боялись. Высшие, словно дикие псы, чувствовали слабость вожака и собирались в скором времени растерзать свою жертву, пусть она и вожак их стаи. Игры в политику одинаковы во всех мирах, будь то Фобос или Деймос, разнятся лишь виды и способы игр, что позволены в том или ином обществе.
— Близится война. По слухам Королева драконов уже привела под свои знамёна половину наемников Деймоса, — решил высказать общие опасения Владыка гномов — Гархвандр.
По-детски маленькие пальчики тут же в нетерпении застучали по деревянной поверхности стола, выдавая эмоции владельца. Остальные присутствующие одобрительно закивали и резко воззрились на Магистра, что сидел с гадкой улыбкой с самой первой фразы главы гномьих гор.
Двери резко открылись, двумя створками надрывно скрипнув и врезавшись в стены по обе стороны проема. В комнату вошёл Лорд Вольтер, быстрым шагом пересёк пространство до собственного кресла и сел в него, оглядев присутствующих властным холодным взглядом с усмешкой на губах. Никто при этом даже не осмелился поднять взгляд, лишь Вильгельм лениво разглядывал слуг, которые впопыхах закрывают двери, также глядя в пол.
Секундный взгляд друг на друга, легкий кивок и мужчины демонстративно холодно оглядели Магистра, который в свою очередь, не скрывая ехидства и желчи в собственном голосе, произнес:
— Слухи меня не интересуют. Ваши слова о войне — слишком громкое заявление, не находите? — минутная пауза, в течение которой присутствующие изумленно взирают на главу Деймоса, — нам необходимо оперировать фактами. И по ним впоследствии делать выводы.
Лорд Асгард, Владыка гномов, да и остальные присутствующие понимали, насколько упрям Магистр. Тем более сейчас — когда весь магический мир застыл в ужасе от резкого прихода к власти драконицы из обедневшего рода. По удивительному стечению обстоятельств никто никогда не слышал о Корделии. Появилась она четыре года назад при дворе Драконьей империи и в первую же секунду очаровала Императора. Императрица неожиданно скончалась в тот же год, оставив после себя лишь несовершеннолетнюю дочь — кронпринцессу. Поправ все обычаи траура, Норвилас Селитра женился на бедной дворянке, сделав её с легкой руки Единственной Императрицей в государстве, где многоженство является скорее правилом, чем обычаем. Бунты и восстания аристократии утихли лишь спустя два года, однако лозунги в честь принцессы Марконтьяр все еще звучали по кабакам и подворотням. Новая же глава драконов, прозванная в народе Королевой, не скрываясь, приняла бразды правления на себя, подчинив волю Императора.
— Лорд Магистр, то, что Корделия собирает армию, ни для кого не секрет! Мои разведчики своими глазами видели, как драконы вербуют преступников в кабаках столицы империи Кранадр! — возмущённо воскликнул гном.
Гархвандр стукнул кулаком по столу, желая привлечь внимание тут же зашептавшейся аудитории, но его голос и так был самым звонким и бойким, а потому и единственным различимым. Правящие тут же уставились на главу Деймоса, жаждая как минимум понимания во взгляде. Но уловили там лишь презрение и страх.
