Мертвые Ив (ЛП) полностью

— В курке. А теперь отдай его, — я протянула руку, сгибая и разгибая пальцы.

Рорк присел на корточки передо мной, щелкнул ремнем моих бедренных ножен и вложил пистолет в кобуру. Затем он встал, его зеленые глаза, неподвижные и глубокие как шотландское озеро, сосредоточились на мне. Рорк пробормотал в считанных дюймах от моего лица:

— Мне будет лучше, если ты не пойдешь.

— А мне будет лучше, если ты перестанешь думать обо мне как о маленькой, слабой сучке.

— Я не… — на его щеке дрогнула мышца. Он наклонился и приласкал мои губы своим дыханием, вырывавшимся вместе со словами с ирландским акцентом. — Я думаю, что ты — единственная девушка, оставшаяся во всем мире, и тобой не стоит рисковать из-за задачи с водой, которую я могу выполнить сам.

Я поборола желание сделать шаг назад.

— Какая жалость. О, и пока мы будем наверху, то заскочим в библиотеку. И на шопинг. Мне нужна одежда.

Рорк нахмурился.

Ох, это смотрелось неправильно на его великолепном лице. Тем не менее, я сказала:

— Ты не можешь удерживать меня здесь.

Он стиснул мой подбородок пальцами.

— Я это знаю, упрямая ты женщина, — Рорк ослабил хватку и приблизил свое лицо ко мне. Ближе. Еще ближе. Неспешно и осмотрительно он поцеловал уголки моих губ.

Мое сердцебиение ускорилось. Его губы раскрылись над моими.

Я шагнула назад. «Привязанность без секса? Он раскрывал свои губы, когда целовал свою мать? Кого он дурачит?» Я не убежала, но и не стала оставаться рядом с ним. Кроме всего прочего, мне нужно было заточить кинжалы и надеть броню.

Спустя двадцать минут я ждала его у овального выхода из тренировочной комнаты. Я провела по кровавым пятнам на меховом рукаве моего плаща. Это была кровь из раны на груди, которая оказалась бы фатальной, не приди Джесси тогда на помощь. «Почему он последовал за мной через Атлантику? Он последовал за мной и до бункера? Мог ли он все еще быть наверху?»

Я выдохнула. Я скрывалась здесь месяц. Глупо было бы думать, что он все это время ждал.

Стук ботинок Рорка эхом отдавался в коридоре. У меня вырвался вздох, когда его обнаженный меч блеснул в дверном проеме. Полностью облаченный в сутану, воротничок и с четками на поясе, он прочел веселье на моем лице и широко улыбнулся в ответ. Затем Рорк поднял меч и сказал:

— Привет. Меня зовут Иниго Монтойя (прим.: персонаж из книги американского писателя Уильяма Голдмана и снятого по ней фильма «Принцесса — невеста»). Ты убила моего отца. Готовься умереть.

Я рассмеялась до боли в боку, услышав цитату из «Принцессы-невесты», искаженную его акцентом. Он убрал клинок в ножны и подошел ко мне, глотая слоги:

— Эль красавица-чита, ты muy (прим.: в пер с исп. — очень) прекрасная temptresta (прим.: в исп. яз. нет такого слова, но есть temptress (пер.: соблазнительница). Очевидно, что Рорк, не зная испанского, просто неправильно сказал). Ты воспламеняешь мое буррито и заставляешь меня чувствовать себя как эль-придурк-ито.

Между приступами смеха я произнесла:

— Я не знаю испанского, но уверена, что придурк-ито ты в словаре не найдешь.

Когда Рорк встал лицом к лицу со мной, его остроты донеслись до меня горячим дыханием на моей шее.

— У меня, может, muchocabeza (прим.: в пер. с исп. mucho — много, cabeza — голова. Возможно, он хотел сказать «большая голова», но, опять же, незнание языка его подвело) и уно маленькое сердце-ито, но te amo, mija (прим.: «te amo» пер. с исп. «Я люблю тебя», а «mija», в пер с мексиканского, — слэнговое выражение, образованное из 2-х слов mi hija — моя подруга).

— Te amo, mija?

Он крутанул колесо на двери и вывел меня в альков.

— Рорк?

Я стояла в тишине, так и не дождавшись ответа, пока он устанавливал свою маленькую взрывчатку. Когда Рорк встал и повернулся ко мне лицом, его выражение было яростным.

— Там, наверху, держи ушки на макушке, — сказал он.

«Ушки на макушке?»

— Серьезно, чувак. Я не понимаю и половины того, что выходит из твоего рта.

Рорк схватил меня за запястье и потащил по туннелю.

— Держи свою задницу в безопасности, девочка.

***