— Во–первых, на территорию Дальнего Востока, Красная Армия под командованием товарища Блюхера вошла после победы партизан, которые действовали в тылу белой гвардии! — пояснил Безродный. — А во–вторых, партизанские отряды состояли в основном из китайцев! В то время, почти всё население Дальнего Востока были желтолицые! В тех местах с испокон веков жили вьетнамцы, корейцы, японцы, нанайцы, тазы! А китайцы, как и во все времена были самая, что ни на есть беднота!
Вести открытые военные действия против свободной Дальневосточной республики Красная Армия не посмела, и на это были политические причины! Поэтому поступили точно так же, как это уже было проверено ранее! Провокаторы из ВэЧеКа, пообещали после победы дать китайцам землю, вооружили их и показали им мишень! Комиссарами и командирами партизанских отрядов стали проверенные коммунисты, а рядовой состав, как я уже говорил, составляли китайские крестьяне! Войска атамана Семёнова и действующая японская армия под ударами партизан отступили, и на территорию Дальнего Востока на белом коне въехал товарищ Блюхер! Вооруженные китайские партизаны представляли для новой уже, советской власти, большую опасность! Китайцев разоружили и втихаря расстреляли!
Как происходил этот расстрел, мне один старый охотник рассказывал! Он в тех местах тогда женьшень копал! Слышит, люди идут, он и затаился на вершине сопки! Видит, много китайцев по тайге бредёт, узлы на плечах тащат! Как только втянулись они в распадок, а с сопок по ним пулемётный огонь! Все тогда полегли, ни один не спасся! Так и остались они лежать на обещанной им земле! Их и хоронить–то даже не стали, зверь и птица целую зиму на том месте пировали!
— С тех пор, я так думаю, мало что изменилось! — помолчав, сказал Сикорский. — Вот разгребём мы своими руками этот радиоактивный жар, а тот, кто в красном кабинете сегодня от радиации прячется, на том месте, где мы ляжем, трёхэтажную дачу себе построит с сортиром на несколько посадочных мест! И будет он потом юным пионерам сказки рассказывать, как он под Чернобылем свою кровь мешками проливал!
— Я вам к чему ту байку вспомнил? — промолвил Безродный.
— А всё к тому, что я всё чаще и чаще нахожу себя похожим на того самого начальника лагеря! Вот ведь тоже на погибель людей толкаю!
— Здесь совершенно иная ситуация! — пояснил Викторов.
— Даже если и умру я вместе со всеми, то придут дети и вдовы моих шоферов и могилу мою обгадят! — с грустью заметил Безродный. — Всё! Хватит нам баланду травить, поехали в душ! — поторопил он всех. — Следующая захватка через сутки! Закажите на восемнадцать тридцать двести пятьдесят кубов бетона! Марка та же, четыреста! И пусть его попластичней делают, а то машинисты бетононасосов жалуются, что бетон слишком жёсткий идёт!
После душа выпили по стакану водки, и Сикорский с Викторовым задремав на сиденьях микроавтобуса, поехали в Вышгород. Безродного, устало бредущего в свою конуру, встретил жизнерадостной песней голосистый петушок, название породы которого он опять забыл.
Сновидения теперь часто посещали Безродного. То он падал с высоты, то в плавном полёте парил над пропастью. На этот раз он присутствовал на приготовлении обеда: на большой поляне горел костёр. Над его пламенем корчилось голое тело Викторова. Тот кричал, что это всё не по правилам, что его сначала нужно выпотрошить, потом вымочить в уксусе и лишь после всего этого жарить на сковороде с луком. Повара в чёрных смокингах, белых перчатках, с бабочками на голых шеях, никоим образом не обращали на вопли Викторова никакого внимания. Они, в сознании своего важного дела хранили на лицах строгое выражение и время от времени посыпали своё буйное жаркое различными специями. Безродный хотел прийти на помощь своему несчастному коллеге, но его тело сделалось ватным и не подчинялась его бесплодным потугам. Он попытался крикнуть: «Что вы делаете, несчастные обжоры?», но рот не издал ни одного звука. Неспособный прийти на помощь, Безродный страдал от своего бессилия. Проснулся он от едкого дыма. От брошенного в ведро окурка загорелись использованные марлевые респираторы. Безродный встал, вышвырнул ведро в окно, проветрил комнату, но заснуть больше не удалось. Он оделся и поехал в Копачи. Его колонна работала на отсыпке каналов водозабора пятого энергоблока и никаких проблем там не возникало. Безродный послонялся без дела и поехал досыпать.
На одиннадцатой захватке уже третью часть бетона уложили, когда шахтёры по селекторной связи потребовали увеличение мощности бетонного потока.
— Давайте больше! Давайте! — с армянским акцентом хрипел динамик в углу бункера.
— Хорошо работают! Молодцы парни! Если так дело и дальше пойдёт, то часов через пятнадцать мы всё и закончим! — повеселел Безродный.
— Они меня удивляют, таким мощным потоком они ещё ни разу бетон не принимали! — покрутил головой «колобок».
— Давай нажимай! Давай больше бетона! Спать у себя дома будете! — подгонял динамик.
— Стоп! — вдруг закричал динамик без всякого акцента.
— Что там у вас случилось? — спросил «колобок» висящий на стене динамик.
