Надо мной склонилось миленькое личико медицинской сестрицы.
— Я приглашаю вас на чай, мой юный друг! — пропел Абрам Борисович. — У меня давно томиться в ожидании нашей тёплой и интеллигентной компании осьмушка индийского чая!
— Со слоном? — поинтересовался Семён Семёнович.
— Со слоном, со слоном! — подтвердил лучшие ожидания Семёна Семёновича Абрам Борисович.
— Вы очень запасливый человек! Я полностью обезоружен, и с удовольствием воспользуюсь вашим гостеприимством!
В крохотной комнатушке, где обосновался Абрам Борисович, из двух ранее использованных по своему прямому назначению бритвенных лезвий коллеги соорудили нехитрый кипятильник, и заварили душистый чай.
— Как вы находите нашего больного?
— Он опять впал в коллапс! И опять относит своё заболевание на радиацию! Я объяснил ему, что анализ крови не даёт оснований для постановки диагноза — лучевая болезнь! Но вы сами понимаете, что состояние психики больного не позволяет ему сделать адекватные выводы! Все напуганы радиацией, и любой чих приписывают ей! — как на пятиминутке отчитался Семён Семёнович.
— А что вам ответила на наш запрос служба дозиметрии? — поинтересовался Абрам Борисович.
— Дозиметристы станции сначала прислали письмо, что фамилии Безродный у них в списках не числится, а потом, когда я настоял, дали справку, в которой указаны такие дозы облучения, которые каждый из нас получает в рентгенкабинете! Фактически, если судить по справке, наш больной никаких доз облучения не получил! Я тоже отношу заявления Безродного об его участии в ликвидации аварии на плод его больной фантазии!
— А я справку дозиметристов считаю ложью! — мягко заметил Абрам Борисович. — отказ о выдачи доз облучения может означать только одно, — главный преступник заметает свои следы! Первые облучённые, которым медицина успела поставить диагноз — лучевая болезнь, попали на страницы газет, и с их наличием власть была обязана смириться! Тут же КГБ спохватился, засекретил всякую информацию об истинном положении вещей, и тем опять выступил против народа, и опять предал истинных патриотов нашей с вами родины! Вы ведь знаете, что к нам поступил циркуляр о всяком запрете на упоминание связи заболеваний с радиацией?
Семён Семёнович в знак согласия кивнул головой.
— Да, я тоже расписывался за то, что ознакомлен с этим приказом. Но ведь основной диагноз, который мы поставили Безродному, то есть параноидальная шизофрения, действительно не может быть связан с радиацией! — напомнил он.
— А вы это можете с уверенностью сказать?
Семён Семёнович пожал плечами.
— Дорогой мой коллега, мой юный друг, о действии радиации на организм человека мы с вами не знаем почти ничего!
В сорок пятом году, американцы взорвали атомные бомбы над Японией, и всех поражённых радиацией вывезли в свои лучшие клиники! И там американские учёные провели на больных свои медицинские исследования! Поэтому сегодня, наших облучённых лечат врачи из США, так как у них накоплен богатейший опыт по лучевым поражениям! Именно у них, а не у нас подготовлены нужные нам сегодня специалисты! Вы ведь знаете то, что в Москве нашим облучённым делает операции по пересадке костного мозга профессор Гейл?
— Об этом говорят все!
— Я далёк от мысли в том, что эта сложнейшая, и очень дорогостоящая операция будет проведена каждому, кому она будет показана, но политический резонанс от самого факта проведения таких операций в Советском Союзе громаден! Здесь перед всем миром демонстрируется трогательная забота нашей власти о своих гражданах! И потому наш Генеральный Секретарь может смело надеть на себя маску скорби и печали, и получить от мировой общественности полное понимание!
— В своё время, — продолжал Абрам Борисович, — наши доблестные генералы тоже потянулись за Америкой и взорвали свои атомные бомбы! Только в отличие от американских взрывов, наши взрывы прогремели на нашей территории, и к их эпицентру наше Министерство обороны подтянуло свои войска, то есть наших с вами детей! И над их головами и прогрохотал освобождённый атом! Я повторяю и заостряю на этом ваше внимание, коллега, что испытания советского атомного оружия и воздействие его на человеческий организм было произведено над нашими же советскими гражданами! То есть, товарищ Сталин произвёл испытания воздействия радиации на человеческий организм не на врагах, не на врагах, — я смею это заметить, — а на своём народе, на своём!
