— Получилось, — откликнулся инженер. — Я на мостик. Можешь пока выяснить побольше, что там с антенной?
— Я попробую.
Лифт загудел — и этот звук казался почти успокаивающим. Но Айзеку сейчас было далеко до покоя — его сердце раздирали на части боль, ярость, страх и вина. Он, черт возьми, кромсал на части тварей, еще сохранивших черты людей, которых он знал. Слышал предсмертное послание своего друга и видел его искалеченный труп. Кларк не мог поверить, что все эти люди теперь мертвы. А Николь осталась здесь, на рудной платформе, и Айзека снова не было рядом… И, как знать, не погубил ли его план с тушением пожара кого-то из выживших?
Пугающий до дрожи низкий утробный рык, который инженер надеялся больше никогда не услышать, вклинился в мерное гудение лифта и бритвой разрезал мысли. Подъемник как раз достиг второй палубы, и сквозь решетчатые створки Айзек увидел в пылевом облаке массивную фигуру Охотника. Некроморф, видимо, заметил свою цель, и, испустив едва слышное на общем фоне рычание, двинулся к лифту.
Но через пару секунд он уже остался внизу — и, тем не менее, Айзека прошиб холодный пот. Он-то надеялся, что эта гадина так и осталась в куске льда! Но Охотник выбрался и снова нашел свою цель… А ведь здесь, на рудной платформе, пряталась Николь вместе с другими выжившими! Что, если тварь, снова упустив Айзека, переключится на них?! Нет, Охотник с самого начала избрал себе цель и теперь неотступно следовал за ней, так быстро отыскав инженера даже после заморозки. Если так, то монстр не полезет вниз, а последует за Айзеком наверх… На какой-то миг Кларк даже испытал облегчение. Но едва лифт остановился на верхней палубе, как инженер со всех ног бросился к транспортной станции. Охотник последует за ним — но лучше бы держать эту тварь на расстоянии.
Говорят, возвращаться — плохая примета.
Айзек никогда не был суеверным, но сейчас эта мысль сама собой пришла в голову, пока вагонетка несла его в сторону мостика. Может быть, он просто пытался отвлечься таким образом. Обо всем, что произошло на рудной платформе, он запрещал себе думать. Кроме трех исключений: что жива Николь, что маяк запущен и что все здесь случившееся не должно повториться. Хотя, если подумать, то возвращаться куда-то на кишащем некроморфами корабле — точно не к добру, как и любые перемещения по нему, и вообще присутствие на борту. Да и второй визит Айзека на ту же медицинскую палубу вышел, пожалуй, гораздо неприятнее первого… Как бы и на мостике не сработал в очередной раз закон подлости.
Попытки связаться с Хэммондом по-прежнему заканчивались ничем, и как бы Айзеку ни хотелось это отрицать, но по всему выходило, что и капитан, скорее всего, погиб. Развить эту мысль не дал сигнал передатчика: инженера вызывала Кендра.
— Дела пошли на лад! — с воодушевлением сообщила она безо всякого вступления. — У нас ответ с военного корабля USM «Вейлор»… Несмотря на помехи, они получили наш сигнал бедствия. Правда, мы не можем ответить, пока не починим антенну.
— Я понял, — ответил Айзек. — Уже почти на месте.
— Отлично, Айз! Я взломаю замок в рубку связи… Рядом с дверью в нее ты, кстати, тогда и получил по башке.
Айзек поморщился. Напоминание о собственной глупой ошибке, едва не стоившей ему жизни, радости не добавило. Если бы тогда не подоспел Хэммонд…
— Спасибо, что напомнила… Но как там пройти, если панели искусственного тяготения сдохли?
— Ну, на куски теперь там не разорвет… Просто в той части отсека нет гравитации.
Вагонетка остановилась. На первый взгляд, вокруг все было тихо, так что сначала инженер заглянул в схему помещений мостика и мысленно прочертил путь до нужного места. Пожалуй, стоило разобраться с антенной получше… Не хватало, чтобы экипаж откликнувшегося на их сигнал корабля угодил в ту же ловушку, что и они сами.
