Внутренний экран вдруг пошел рябью, потом что-то шикнуло — и изображение выровнялось. Неужели во время схватки с гигантской тварью пострадал ИКС? Это было бы крайне дерьмово…
Снова послышалось шипение, но на этот раз сбой ИКСа был ни при чем — кто-то пытался выйти с Кларком на связь. Инженер принял вызов, ожидая, что это Хэммонд, но вместо него услышал близкий к панике женский голос:
— Айзек, ты меня слышишь? Это Кендра…
— Кендра! — от неожиданности и осознания того, что специалистка жива, Айзек невольно повысил голос. — Ты не ранена? Я уже не ожидал тебя услышать…
— Я тоже не могла ни с кем связаться… — голос женщины дрожал. — Они напали на нас… мне удалось сбежать, а Хэммонд… он… он просто исчез.
Пискнул еще один сигнал — похоже, Хэммонд тоже услышал специалистку и присоединился к переговорам.
— Кендра! — воскликнул он с неподдельным облегчением в голосе. — Ты где?
— Рада слышать, что ты жив, Хэммонд, — выдохнула она. — Я закрылась в серверной главного компьютера. Слышу, как они шастают снаружи. Думаю, они не знают обо мне, — канал связи взорвался треском помех, и вновь Кендру Айзек услышал только через несколько секунд. — Я могу подключиться отсюда к любой системе. Я взломала защиту и нашла несколько отчетов колонии. До того, как они начали разработку планеты, среди колонистов стали отмечать случаи сумасшествия. Это как-то связано с артефактом, который нашли на планете. Они называют его Обелиск, но информации по нему мало. Ладно, — она снова вздохнула. — Айзек, я определила, где ты. Подожди, я открою дверь в топливный отсек. Оттуда ты сможешь пробраться к двигателям. И будь осторожен — кажется, отсек поврежден.
— Спасибо, — ответил Айзек. Связь прервалась, и инженер остался в шлюзе дожидаться окончания процедуры. Но несмотря на все происходящее, несмотря на то, что самое сложное еще наверняка ждало впереди, сейчас он был искренне рад. Он и его товарищи, хоть и рассеянные по «Ишимуре», были живы и сейчас работали сообща, как единый механизм. А значит, они справятся, они смогут стабилизировать орбиту. А потом останется разыскать Николь и придумать, как спастись с корабля. Или как вызвать помощь и продержаться до ее прибытия.
— Обеззараживание завершено. Спасибо за ожидание, — сообщил голос системы, и Айзек вышел в коридор, ведущий к лифту. Радость радостью, но времени оставалось все меньше.
Шлюз, ведущий в нужный отсек из диспетчерской, выглядел точно так же, как и тот, у центрифуги. Теперь, когда та работала, а подача топлива возобновилась, Айзеку предстояло вручную перезапустить двигатели. После этого автоматы должны были сами вывести корабль на нужную орбиту.
«Зона вакуума» — предупреждал экран на второй двери внутри шлюза. Айзек мысленно похвалил себя за предусмотрительность — хотя, кто знает, может, и этого воздуха окажется недостаточно? Кендра говорила, что отсек поврежден… Знать бы еще заранее, насколько его разворотило.
Створы шлюза разошлись, демонстрируя повреждения во всей красе. Да уж, действительно — разворотило. От коридора впереди осталось одно только название — остатки пола и переборок островками висели в пустоте, кое-как соединенные между собой кабелями и арматурой. Между ними зияли огромные дыры, за которыми разверзлась пустота. Но, кажется, следующий шлюз, в другом конце коридора, уцелел… Только вот добраться до него по разрушенному помещению явно будет непросто.
Цифры счетчика на внутреннем экране напомнили Айзеку, что просто стоять и размышлять времени нет. Нужно как можно быстрее пересечь разрушенную галерею, но как это делать? Попытаться перепрыгнуть на следующий уцелевший участок пола, а потом — на следующий, примерно как в отсеке нуль-гравитационной терапии? Здесь это было слишком опасно. Легко можно покалечиться или повредить костюм. Внутренняя стена цела, может, попробовать перебраться, хватаясь за выступы на ней? Главное при этом — не вцепиться в кабель с поврежденной изоляцией. Перчатки, конечно, из диэлектрического материала, но это не значит, что можно без риска для жизни хватать любые кабели под высоким напряжением.
Нечто, приближающееся к нему, Айзек заметил не сразу.
Наверно, дело было в отсутствии звука, и инженер сразу увидел движение, но не обратил на него внимания. Прыгун, которому вакуум не причинял неудобств, устремился к нему. В невесомости эта тварь напоминала какую-то большую уродливую личинку, попавшую в воду.
«Отбоя от вас нет! — зло подумал Айзек, поднимая резак. — Причем во всех смыслах…»
Сгусток плазмы ударил в плечо некроморфа, слишком высоко, чтобы оторвать конечность, но тварь закрутило, и вместо того, чтобы достать Кларка, она неловко врезалась в переборку в полутора метрах от него.
Не давая ей развернуться и вновь изготовиться для атаки, Айзек отстрелил одну из гипертрофированных рук, а затем и лезвие на хвосте. Не в силах удержаться на одной руке, монстр, нелепо дергаясь, поплыл в сторону от инженера прямо в один из огромных проломов в корпусе.
«Черт! Эти гады все усложняют!»
