Услышав последние слова песни, мертвец застыл на месте, проигнорировав врезавшегося в него сзади бесёнка, находившегося под личиной обезьянки. Из глубин памяти демонолога рывком вырвалось воспоминание о совсем незначительном событии. Неожиданно вспомнился один из последних дней в осажденном Лифрехте. Тогда он, направляясь на срочный вечерний военный совет, заглянул в храм богини зверолюдов, Матери Земли и помолился у статуи.
«"Собрав людские кости, цветы растит земля..." Цветы... Я ведь тогда тоже про цветы просил... Просил о малости: чтобы на моей могиле когда-нибудь выросли цветы... "Одним из них, быть может, по смерти стану я..." Да ну, наверное, всего лишь совпадение! Я просто хочу видеть смысл там, где его быть не может».
Тем временем повозка приближалась к замершему страннику, а песня звучала всё громче и громче:
– Идти дорогой вечно -
Я дал такой обет, Оставив дома нечто,
Чему названья нет.
Бежит, бежит дорога
По лезвию любви…
Эй, Смерть, седой охотник,
Коль можешь, так лови!
(Канцлер Ги – Дорога.)
«Да в бездну... – растерянно думал мертвец, – ну не может же быть это простым совпадением! Как про меня ведь поёт! Смерть меня ещё не поймала... Или это я ловить должен кого-то? Певицу?.. А вдруг всё-таки знак? Знак от Матери Земли. Я ведь как-то ожил... Мёртвые уходят в землю... Смерть – её вотчина? Проклятье! Не разбираюсь во всей этой теологии! В храм то заходил, глупой традиции ради. Верующим не был. Просто Гариус приучил... Плевать. Не успокоюсь ведь теперь, пока не выясню, в чём дело!»
Отойдя на обочину дороги и дождавшись, когда повозка с ним поравняется, Ксирдис с сильным акцентом заговорил на северном диалекте: – Добрый день, путники. Прекрасный голос у девушки, смею заметить. Могу поинтересоваться, эта песня про дорогу, она что-то значит? Откуда она?..
– Ой, дяденька, да это просто песня. Услышала где-то и запомнилась! – весело ответила девушка.
«Вот так вот просто услышала и сразу запомнила?! Да ладно! Явно ведь что-то не так... Или я всего лишь надумываю...»
Не зная, что делать, замаскированный мертвец развернулся и пошёл следом за повозкой.
– Извиняюсь за просьбу, но не могли бы вы подвезти меня и мою живность до какого-нибудь города или деревни?
– Мужик, ты кем будешь-то? – не слишком приветливо поинтересовался возница, не собираясь останавливаться, а лишь немного сбавил скорость.
Прошлого себе демонолог придумать так и не смог, почти ничего не зная о нынешнем мире, поэтому начал сочинять прямо на ходу: – Я ма... Я мало что знаю о большом мире. Всю жизнь один в этом лесу прожил. Мало кого встречал... Вот решил хоть попутешествовать перед смертью.
Едва не назвавшийся по привычке магистром чародей понимал – его история едва ли выдерживает критику, но решил попробовать напроситься к этим путникам в попутчики и попытаться у них что-нибудь выведать. Слишком уж знаковой ему показалась услышанная песня, чтобы счесть её обычной случайностью.
– Ну, так и иди дальше по дороге, – вновь заговорил светловолосый мужчина, – город Марлинг тут ближе всего. За пару деньков дойдёшь.
– Мне не так уж важно, куда идти, – признался демонолог, – на повозке будет лучше, чем на своих двоих. Я заплачу за проезд... У меня есть немного денег.
«Проклятье! Напрашиваюсь к ним, как какой-то побирушка...»
– Пап, может, взять его с собой, а?
– Нет, доча. Кто знает, что он за человек? Странный он... Пускай своим ходом топает, – отказался отец, прибавив скорость повозки.
«Да я щелчком пальцев могу сжечь вас заживо в месте с повозкой, голытьба проклятая! Нет. Нужно успокоиться... Не убивать разумных... Без нужды...»
– Скажите хотя бы, куда вы едете? Там есть храм Матери Земли? – крикнул в след уезжающим демонолог, пытаясь усмирить вспышку гнева.
– Дяденька, мы в Сатар едем. Там только храм восьми Безликих! – обернувшись, прокричала девушка.
– Сколько туда идти?
Набирая скорость, повозка уносилась в даль и ответа на свой вопрос мертвец не получил.
Прекратив бесполезное преследование, магистр остановился посреди дороги, обдумывая сложившуюся ситуацию.
«Что за грубый народ нынче живёт?! В прочем, девчонка ведь была не прочь помочь, а её отец... Ладно. Буду считать, что он дочь защищал от странного незнакомца с идиотской сказкой о жизни в лесу. Я бы в такую чушь точно не поверил. Спросил бы, откуда собака и обезьяна взялись... Даже не знаю, существуют ли сейчас обезьяны и собаки! Ну... Волки в лесу ведь водятся... Бес приводил на хвосте парочку... Значит, собаки точно есть, а обезьяна... Буду врать, что этот зверёк с другого континента. Легенду получше придумать нужно. Может быть, это даже хорошо, что меня на повозку не подсадили. Девушка наверняка захотела бы погладить зверьё. Иллюзия чисто визуальная. Ощущений она не подделывает. Могли бы возникнуть ненужные проблемы».
Взглянув на ждущих у обочины замаскированных демонов, Ксирдис устало потёр лоб и поочерёдно посмотрел в обе стороны дороги, а затем вдруг понюхал свой правый рукав.
