«Ладно, – подумал он. – Надеюсь, такие блистательные грандсиньоры не сопрут лютню у бедного наемника? Хотя знаю я этих аристократов. Если что, попрошу Аластора заступиться. Ну, или сам сопру ее обратно, Шип я или кто?»
– Роверстан, вы не изволите положить Ай… адептку Ревенгар на носилки? – раздался все тот же шелестящий от скрытого гнева голос грандсиньора Бастельеро.
– Не изволю, – скупо отозвался Дункан, а потом попросил: – Магистр Бреннан, вы не могли бы объяснить милорду Архимагу, что…
И добавил несколько слов, из которых Лучано понял только про неразрывную связь и равновесие, остальную речь составляли непроизносимые магические термины, которые с тем же успехом могли оказаться и ругательствами.
– О-о-о… – понимающе протянул пожилой целитель и подтвердил: – Милорд Бастельеро, поверьте, так будет лучше. Наш дорогой Дун… хм… магистр Роверстан совершенно прав. Ему ни в коем случае не следует отпускать бедную девочку. Так, первыми заводите лошадей! – велел он. – После них коридор будет шире и устойчивее.
– Бреннан, ну хоть вы не лезьте не в свое дело, умоляю! – раздался вопль синьора мага в оранжевой мантии. – Занимайтесь ранеными, а с порталом я управлюсь без вас. Господа, ведите лошадей! Роверстан, свое чудовище проведете сами, он же никого не подпускает! Потом – носилки! И будьте любезны выдерживать паузу хотя бы в полминуты. Это вам не полный стационарный портал все-таки! Эддерли, я все слышу! Никаких «вернемся потом и вырвем клыки у тех здоровенных»! Учтите, если вас размажет порталом, я скажу вашему отцу, что вы сами были виноваты! Вы поняли?!
– Он понял, милорд магистр, – отозвался почему-то синьор Дарра, которого Лучано на миг увидел среди черно-фиолетовых юнцов сияющим белым пятном. – Не извольте беспокоиться. Саймон, ты непредусмотрителен.
Сообщив это, он отделился от остальных и подошел к Аластору. Склонился над ним на пару мгновений и положил ладонь на окровавленную грудь.
«Зачем? – удивился Лучано. – Он же не целитель… Да и кто так проверяет сердцебиение, пульс щупать надо. А так только перчатку измазать можно. Белую щегольскую перчатку…»
Голоса наплывали и словно проходили сквозь Лучано. На миг он содрогнулся от страха, вспомнив, как его предупреждали насчет порталов, но синьорам магам виднее, правда? Не стали бы они рисковать верхушкой своего Ордена и собственными драгоценными особами… Мелькнули носилки с Аластором, потом самого Лучано подняли и понесли. Голубое марево, мгновенная тошнота и головокружение в портале – и пасмурная хмарь сменилась сияющим весенним днем, аккуратно подстриженными кустами, окаймляющими какую-то площадку, гомоном множества голосов и прочими звуками. Лучано свесил руку с носилок, и в нее немедленно ткнулся Пушок, подтверждая, что он здесь и, как всегда, на страже.
А потом рядом выросла мощная фигура грандсиньора Дункана, несущего Айлин, как пушинку, и глубокий голос, вмиг потерявший бесстрастное спокойствие, воскликнул:
– Бреннан, операционную! Немедленно! И готовьте кроветворное зелье!
«Айлин?! – поразился Лучано, пытаясь привстать. – Но как? Почему? Она же была в полном порядке… Устала, конечно, но никаких ран… Зачем операционную?»
А потом сознание все-таки предало его, разом уплыв куда-то в тяжелую серую муть, из которой Лучано, как ни старался, не смог выбраться.
Жил однажды в высоком замке король.
Не дали ему боги сына, подарили трех прекрасных дочерей. Старшая была собой хороша и нравом горяча, как знойное лето, средняя – горделива и холодна, как зимняя стужа, а младшая – нежна и скромна, как первый цветок весенний. За то и прозвали ее Флорой. И хоть были сестры во всем меж собой различны, а крепко друг друга любили и отца-короля почитали и слушались.
Жить бы королю да радоваться, да случилась страшная беда.
Как вошли все три королевны в невестин возраст, явился в королевство страшный Змей. Откуда взялся, никто не знает. Где проползет, земля родить перестает. Где ночь переждет, все, что живое есть, на корню сгниет. Стадо увидит – проглотит целиком, ни коровы, ни овечки не оставит.
А кто Змея убить пытался, тот по шею камнем обернулся.
Испугались люди. Испугался и король, собрал совет, как чудовище одолеть. Думали-думали советники, да так ничего и не надумали.
Пообещал король большую награду тому, кто подскажет верный способ, как от чудовища избавиться. День прошел, другой – никто за наградой не явился.
На третий день пришел во дворец юноша-бродяга. Ни на воина, ни на мудреца не похож, одежда на нем самая простая да сумка с лекарским припасом.
Подошел юноша к королю, поклонился да и говорит с улыбкой:
