От изумления Айлин едва не выпустила нож, и кадавр, увидев ее смятение, попытался изогнуться и достать ее когтями. Айлин, тут же спохватившись, изо всех сил надавила на рукоять.
Ну почему Провожатый ничего не делает?! Может быть, нужно попросить еще раз?
– Милорд Бастельеро! – позвала она, изо всех сил стараясь, чтобы голос не звучал жалобно. – Милорд Бастельеро, прошу вас! Помогите мне!
Провожатый поджал и без того узкие губы и взглянул на нее с крайним неодобрением.
– Польщен, что меня узнают даже после смерти, – сухо бросил он. – Но помочь вам, юная особа, не могу при всем желании. Насколько я понимаю, вы ничего не знаете о кадаврах? И это в вашем возрасте? На каком вы курсе и кто вас учит?
– Ваш… драгоценный внук! – прохрипел кадавр и снова дернулся, а Айлин на миг показалось, что она спит и видит какой-то бесконечный странный кошмар!
В глазах Провожатого мелькнула искорка интереса.
– Денвер? Не удивлен. Я всегда говорил, что из вас не выйдет хорошего мага. Пожалуй, избавить мир от вашего присутствия следовало уже давно. Что ж, – добавил он, переводя взгляд на Айлин. – Помочь вам я действительно не могу, но шанс дам. При обычных условиях кадавра невозможно уничтожить, так как он не принадлежит ни к миру живых, ни к миру мертвых, в отличие от любой другой посмертной сущности…
«Ненавижу наставников! – отчаянно подумала Айлин. – Читать лекцию сейчас?!»
– Из этого следует, что для уничтожения кадавра требуется определенное место, где граничат, но не соприкасаются два мира, – закончил призрак так сухо, словно услышал последние мысли Айлин. – Иными словами, мост.
– Мост?! – вырвалось у нее. – Милорд, вы шутите?! Где же я найду мост?!
«И как дотащить туда мэтра Денвера?!»
Провожатый равнодушно пожал плечами и опустил взгляд на собственный орденский перстень, фиолетовым огнем блеснувший на холеной, несмотря на возраст, руке.
Айлин же вдруг разозлилась так отчаянно, как не злилась никогда раньше. Хороша же помощь! Интересно, своему потомку этот надутый… гусь помогал бы так же! А она даже не может ничего ему ответить! Вот был бы здесь магистр Роверстан, он бы наверняка нашел нужные слова…
Магистр Роверстан…
Айлин вдруг с небывалой ясностью вспомнилось, как еще на первом курсе магистр говорил: «Внимательно слушайте собеседника, юноши и девушки. Обычно в самом вопросе заключена подсказка…»
Подсказка! Место, где соприкасаются два мира!
– Это я! – выкрикнула она, уже не заботясь, услышат ли ее Ал и Лучано. – Я – мост! Я соединяю два мира! Я держу открытой дорогу в Претемные Сады, милорд, условие выполнено! Значит, вы должны забрать душу мэтра, вы же Провожатый!
Кадавр захрипел, а в синих глазах лорда Бастельеро, таких же холодных и красивых, как у его потомка, мелькнуло одобрение.
– Весьма изящно, – признал он и чуть-чуть склонил голову. – Вижу, что вы не безнадежны. Денвер, сами пойдете или мне придется применить силу?
– Будьте вы все прокляты… – прохрипел кадавр. – И вы с вашими хитрозадыми намеками, и эта дрянная девка со своим ножом. Думаете, победили? Не будь у нее небесного железа…
– Да-да, – со скучающим лицом перебил его Провожатый. – Не будь у нее клинка из небесного железа и пары сообразительных спутников, не учи ее мой внук и не будь она той, кто она есть… У проигравших всегда тысяча оправданий, только победители в них не нуждаются. Не позорьтесь, Денвер. Право применено верно. Вы проиграли. Ну же, идемте, ваш новый господин ждать не любит. Вы так рвались ему услужить, пора пожинать плоды стараний.
Он щелкнул пальцами, и тело под руками Айлин обмякло, а полупрозрачный силуэт мэтра Денвера поднялся над ним, колыхаясь.
– Вы его… к Барготу? – с ужасом спросила Айлин.
– Каждому по делам и помыслам его, – равнодушно отозвался дед милорда Грегора и дернул рукой, словно подтягивая поводок.
Денвера протащило по воздуху, и он застыл у ног Провожатого.
– Миледи, мое почтение, – церемонно проговорил лорд Бастельеро и поклонился.
А потом радужное сияние вспыхнуло вокруг него и духа Денвера, несколько мгновений продержалось и погасло.
– Все… – выдохнула Айлин и поняла, что не может разжать пальцы на рукояти ножа, так его стиснула.
– Позвольте мне?
Итлиец очень бережно взял ее руки в свои и объяснил Аластору:
– Судорога. Я разомну, и все пройдет.
Он действительно потер ее ладони, куда-то нажал, и нож вывалился из ослабевших пальцев Айлин. Она подняла его и по-новому взглянула на клинок, который, оказывается, их всех и спас!
– Представляете, – то ли прошептала, то ли всхлипнула она. – Оказывается, это небесное железо. Если бы я ударила Денвера другим ножом…
Плакать не хотелось, глаза у нее были сухими, но навалилась жуткая слабость, а потом по телу прошел озноб. Айлин села прямо рядом с трупом на землю и обняла себя руками. Аластор накинул ей на плечи свою куртку, и Айлин прижалась щекой к ее вороту, глубоко вдохнув запах. От куртки пахло Аластором, дымом и лошадьми. Самый прекрасный на свете запах – запах жизни.
Нож она так и держала в руках, не в силах убрать его в ножны.
