Осенью второго года Дзюэй[638] камакурский Хёэ-но сукэ Ёритомо созвал в Камакуру всех воинов восьми провинций. Выйдя из средних ворот, он обратился к самураям:
— Слушайте все! Сейчас, когда род ХэйкэТайра страшится могущества Ёритомо, когда мы готовы выбить их из столицы, по императорскому указу Кисо-но саманоками Ёсинака[639], Дзиро курандо Юкииэ[640] и другие получают чины, становятся регентами, готовы подчинить себе всю страну! Это возмутительно! Прежде чем расправиться с Хэйкэ, мы расправимся с Ёсинакой. Передайте это Сатакэ-но Кандзя, и пусть прибудут Хидэхира из Осю и Куро кандзя Ёсицунэ. Сбор к десятой луне. Мы соберём все силы! Готовьтесь!
Самураи выслушали, сказали: «Мы готовы!» — и разъехались по своим провинциям.
В то время у камакурского господина служила женщина по имени Караито-но маэ. Она была дочерью Тэдзука-но Таро Канадзаси-но Мицумори, вассала господина Кисо из провинции Синано[641]. Особенно искусно Караито играла на бива, но и в игре на кото тоже была мастерицей. Ей было восемнадцать лет, когда её пригласили в Камакуру и дали место исполнительницы музыки гагаку. Караито услышала речь господина. Что же теперь делать? Если погибнет господин Кисо, с ним погибнет и вся отцовская семья! Караито решила, во что бы то ни стало предупредить господина Кисо. Она украдкой зашла в нежилую комнату и написала письмо, вручила его слуге и велела тут же доставить в столицу. Слуга покинул Камакуру и через тридцать дней был в столице. Отец Караито — Тэдзука — доложил обо всём и вручил письмо господину Кисо. Ёсинака развернул и посмотрел: что бы это могло быть, каким ветром занесло к нему это послание. Он стал читать.
«В Камакуре говорили о господине Кисо. Было сказано, что соединятся силы Осю, двух провинций и Канто, и что они атакуют столицу примерно в десятую луну. Если вы, господин, сочтёте это известие важным, отдайте моему отцу Тэдзуке провинции Этиго и Синано. Я, Караито, готова убить Ёритомо. Я пущу в ход кинжал. Пришлите мне кинжал „Тякуи“, тот, что передаётся из поколения в поколение в доме Кисо».
Вот что было написано в письме.
Ёсинака прочёл, он был очень благодарен Караито и сочинил такой ответ:
«Твоя верность, Караито, поистине велика. Я отдаю твоему отцу провинции Этиго и Синано. Если ты лишишь жизни Ёритомо, то твоему отцу Тэдзуке будут отданы восемь провинций Канто, и он тогда станет вторым после сёгуна человеком в стране. Тебя же, Караито, я возьму в жёны. Если ты погибнешь, если твоя жизнь растает как роса, я не оставлю благодеяниями твоего отца, помни об этом».
Закончив писать, Ёсинака отдал слуге кинжал, именуемый «Тякуи», который передавался из поколения в поколение в доме Кисо. Слуга взял письмо и кинжал и отправился в Камакуру.
Караито очень обрадовалась письму, а кинжал спрятала на теле, под одеждой. Каждый раз, как Ёритомо засыпал, она примерялась убить его, но боялась. Судьба хранила Ёритомо. Сколько раз этот великий сёгун счастливо избегал покушений! Как раз в это время сёгун и его супруга принимали лечебные ванны. Караито сказали, что и она может принять ванну. В этот день распорядителем был Цутия-но Сабуро Мотосукэ. Мотосукэ заметил кинжал под косодэ У Караито-но маэ.
— Чья это одежда? — спросил он.
— Это косодэ госпожи Караито, — ответила женщина.
Мотосукэ очень испугался, ведь эта Караито — дочь Тэдзука-но Таро, того, что служит господину Кисо. Наверняка эта женщина хотела убить господина! Необходимо дать ему знать. Мотосукэ отправился предупредить сёгуна.
Ёритомо, увидев Мотосукэ, спросил:
— Мотосукэ, ты ведь сегодня распоряжаешься ваннами, почему ты здесь?
— Пока готовил ванны, я кое-что нашёл, одну драгоценность, взгляните сами, — ответил Мотосукэ.
Ёритомо посмотрел.
— Да, странно. Это кинжал под названием «Тякуи», он передаётся из поколения в поколение в доме Кисо. Где ты его взял, Мотосукэ?
— Я заметил его под косодэ женщины, которая вам служит. Её имя Караито-но маэ. Вообще-то, эта Караито — дочь Тэдзука-но Таро Канадзаси-но Мицумори, вассала господина Кисо. Не иначе как она покушается на вашу жизнь, господин. Очень неосмотрительно, что вы взяли её на службу и приблизили к себе.
Услышав всё это, Ёритомо испугался.
— Позови-ка сюда Караито! — приказал он.
— Слушаюсь.
Караито позвали, она почтительно вошла и села. Ёритомо взглянул на неё.
— Скажи, отчего ты носишь кинжал «Тякуи», который передаётся из поколения в поколение в доме Кисо? — спросил Ёритомо.
— Я ведь служила господину Кисо. Он отдал мне кинжал как прощальный подарок.
Ёритомо выслушал. Для прощального подарка женщине не подходит кинжал, передаваемый в семье из поколения в поколение. Слова Караито не успокоили Ёритомо, и он решил так:
— Пока что, до лучших времён, поживёшь у настоятельницы Мацугаока[642]. Эй, Цутия!
