— Король Туллий требует вернуть ему дочь, иначе он будет вынужден атаковать Пламенный дворец, — я почувствовал истерические нотки в голосе брата. Он испугался войны, а Фергус укрепил его страх перед сражением. — А ты торчишь в своем имении! Пришлось поднимать всю стражу! Блуасаны помогут люминам! От них прилетал посол с требованием отпустить принцессу! Они обещали, что если мы вернем Солару, они подпишут с нами мирный договор и забудут о разрушении Водного всплеска.
Я рассмеялся и сел напротив короля. Бросил взгляд на письмо с гербом воздушных. Смял листок и швырнул на пол.
— Право, Талос! Ты им веришь?! Договор о мире можно разорвать в любую секунду! Если мы отдадим Солару и пойдем на мировую, нашему королевству конец! Мало того, что потеряем уважение в глазах земных, так еще и поставим под удар величие империи антарийцев! Что может быть хуже, чем сдаться без боя! Клянусь, если они посмеют сунуться на наши территории, я лично разгромлю их армию! Ты знаешь, на что я способен!
Брат подскочил с кресла и начал расхаживать по комнате. Не обронил ни слова и просто смотрел в пол.
— Это Фергус тебя надоумил?! — закричал я, сжимая кулаки. — Что между вами?! Залез к тебе в постель?! Подлый мерзавец! Раньше его интересовали только женщины!
— Он тут не причем, — еле слышно проговорил Талос. — Я боюсь, что мы не выстоим в войне против двух королевств. А если земные…
— Пригласи посла из Марката в Стагмар на переговоры. Я решу этот вопрос. Я мог бы вылететь прямо сейчас, но в связи с угрозами воздушных, не покину Пламенный дворец.
— Хорошо. Я сделаю так, как ты сказал, но если кармазины нас не поддержат…
— Я же сказал! Я решу этот вопрос!
Я старался сдерживать накопившийся гнев, чтобы не волновать Талоса. Он не любил разговоры на повышенных тонах и любое проявление агрессии. Я понял это еще в тот день, когда сплетни обо мне были главным развлечением придворной знати. Как-то брат подстерег меня в дальнем коридоре дворца и попытался поцеловать, схватив за ягодицу. Я отвесил ему такую сильную оплеуху, что тот навзничь упал на пол. Мой трэлл тут же появился из воздуха, завис над его лицом и произнес: «Смерть обидчикам хозяина!». Я и сам тогда обомлел не меньше Талоса. Трэлл Черного Дракона вообще с самого начала очень странно себя проявлял. В первое время я не мог его вызывать. Даже советы Солары не помогали. Учителя тоже разводили руками. Он появился сам по себе без призыва тогда в палате Храма. А впервые заговорил, когда напал на Талоса. Иногда мне казалось, что я боюсь его не меньше остальных, но своей безграничной преданностью он доказал мне обратное. Спустя годы я понял, как делать призыв трэлла. Нашел тот самый потайной уголок связи с драконом внутри своих мыслей. Это была моя одна из первых серьезных побед.
— Что ты хочешь с ней сделать? — неожиданно спросил Талос, когда я уже собирался покинуть комнату советов.
— Она будет страдать не меньше меня! А потом умрет в агонии боли и отчаяния!
— Не жалко? Говорили, что раньше ты ее…
— Нет! Мне не жаль.
Я поспешил выйти из комнаты и убраться от ненавистного разговора подальше. Никто не смеет лезть в мою душу, даже король!
Стоило войти в коридор, ведущий в мои покои, как услышал шум. На всех порах ко мне бежал лекарь Краус. Старик в панике отвесил поклон и начал сумбурно говорить:
— Я все сделал, господин. Я дал ей все необходимое, но, похоже, принцесса выпила игристого вина и…
— Говори толком! Я ничего не пойму! — криком прервал его я и остановился у двери покоев. Обвел взглядом перепуганную прислугу, а потом услышал звук колокольчика, доносящийся из комнаты, вслед за звуком дверь заходила ходуном под натиском разбушевавшейся девицы.
— Я приказываю выпустить меня отсюда и доставить в Ветреный пик сейчас же!
Я не смог сдержать улыбки и с недоумением посмотрел на Крауса. Тот пожал плечами и опустил взгляд.
— Принцесса пожаловалась на недомогание, связанное с женскими особыми днями, господин. Я дал ей все необходимое на этот случай и ушел. Когда выходил, заметил, что она наливает в кубок вино, — он поднял на меня виноватые и жалобные глаза.
— Понятно, — снова улыбнулся я. — Уходите! Все уходите! Я сам с этим разберусь!
Лекарь передал мне ключ от двери и засеменил вслед за прислугой.
— Это приказ! Слышите! Мой отец казнит каждого! Я вас запомнила! — не стихали крики.
Забавная реакция на хмель. Теперь понятно, почему Солара отказывалась от эля. Что ж, она быстро протрезвеет, когда я укажу ей на ее истинное место и положение в этом замке!
Прокрутив ключ в двери и распахнув ее, я не успел ничего понять, как принцесса упала в мои объятия. В одной руке она держала оторванный от стены колокольчик, в другой пустой кубок.
— О! Явился! — звонко рассмеялась она, отпрянула и неровной походкой направилась к креслу, по пути захватив графин с остатками вина и швырнув колокольчик на пол.
Медленно присела, положила ногу на ногу и поднесла горлышко графина к губам. Я запер дверь и подошел к ней, внимательно наблюдая за каждым движением Солары. Скрестил руки на груди.
