– Итак, – произнесла она, – вы похитили Фиону из мести, а Джошуа заставил вас жениться на ней. Не очень-то красиво вы себя вели, Найл Кэрри.
Он спокойно встретил ее взгляд.
– Полностью признаю это, миледи.
В глазах Мэри Макфи мелькнули искорки восхищения. Она была женщиной широких взглядов и ставила честность выше порядочности. В этом они со своей дочерью очень походили друг на друга.
– Значит, нам незачем лить слезы, – вмешалась леди Феннимор, – что сделано, то сделано. Вы оба наверняка страшно устали, поэтому я прикажу Бену проводить вас в вашу комнату. После отдыха мы все вместе подумаем, как можно исправить вред, нанесенный репутации Фионы вашим поспешным браком.
Женщина позвонила в колокольчик, и Найл так и не успел сообщить о своем намерении как можно скорее аннулировать брак. Пришел Бен, и молодожены отправились за ним. Когда дверь закрылась, Найл успел услышать, как крестная Фионы, хихикнув, произнесла:
– Хотела бы я видеть лицо Энгуса Меджи, когда он узнает, что Фиона выйдет замуж. Надеюсь, он больше не будет так задирать свой красивый нос.
Комната, которую предоставили молодой паре, была роскошно обставлена. У стен стояла тяжелая мебель из красного дерева, на окнах висели лилово-розовые бархатные гардины. Помещение было разукрашено, словно ларец. На всем лежал отпечаток так называемой «женской фантазии», мужчин же от подобных фантазий обычно бросает в дрожь. Найл не знал, замужем ли леди Феннимор, но если муж все-таки существует, то как же он позволил ей устроить такое безобразие в собственном доме?
Мужчине казалось, что его раздражение вызвано нелепым убранством комнаты, а на самом деле он просто пытался обмануть самого себя. Из равновесия его вывела последняя фраза леди Феннимор. Хотя Найл и собирался расстаться с Фионой, мысль о том, что она достанется другому мужчине, была подобна удару ножа. Он понимал, что поступает глупо, но больше не мог сдерживаться и поэтому грубо спросил:
– Кто такой Энгус Меджи? Твой прежний любовник?
Фиона замерла, открыв от удивления рот. Старые стоптанные туфли выпали у нее из рук.
– Мой любовник? Да как ты смеешь! Уж кто-кто, а ты-то знаешь, что до тебя у меня не было мужчин.
Найл шагнул к девушке.
– Существует масса способов заниматься любовью с женщиной, не лишая ее при этом девственности.
Фиона недоуменно уставилась на мужа.
– Ты что, ревнуешь? – с надеждой в голосе спросила она.
– Нет, – быстро ответил Найл и, отвернувшись, заявил: – Я ухожу.
Фиона с тревогой посмотрела на него. Она устала в пути, а встреча с матерью отняла последние силы, поэтому после слов Найла ее охватил просто панический страх.
– Ты пойдешь разыскивать Скалторна? Ты вернешься?
Глядя на него, девушка поняла, что он не хотел бы возвращаться, но придется.
– Да.
Этот короткий ответ успокоил Фиону, но уверенности в том, что он не покинет ее в следующий раз, у нее не было.
– Почему бы тебе не оставить меня прямо сейчас, раз уж ты решил во что бы то ни стало аннулировать наш брак? – задала девушка вопрос, мучавший ее со дня свадьбы.
Найл задумчиво посмотрел на нее, его глаза потемнели.
– Я не бросаю тебя, потому что ты еще нужна мне. Как ты сама изволила заметить, я найду Скалторна намного быстрее, если твоя крестная введет нас в общество.
Найл старался говорить убедительно, но Фиона поняла, что он лжет. Причина, по которой он все еще остается с ней, совсем иная. Нарочито грустным голосом девушка произнесла:
– Значит, дело только в мести.
– Только в мести, – сказал он и вышел, захлопнув за собой дверь.
Оказавшись за дверью, Найл сделал глубокий вдох, успокаивая колотящееся сердце. С каждым днем ему все труднее и труднее становилось отказываться от Фионы. Девушка утверждала, что любит его, и он начинал верить в то, что она действительно может любить такого человека, как он. Сложись обстоятельства по-другому, он сейчас скакал бы от счастья, но пока им владела только жажда мести, и Найл не мог принять ее любовь.
Выйдя на улицу, мужчина отправился в сторону кафе, которое всегда посещал, когда бывал в Эдинбурге. Скалторн, насколько он помнил, тоже любил выпить там чашечку кофе. Кроме того, они с Митчеллом договорились встретиться именно в этом заведении.
Во время учебы Найл частенько приезжал в Эдинбург и достаточно хорошо знал город, поэтому он быстро добрался до кафе.
Зайдя внутрь, он почувствовал запах сигар и аромат хорошего бразильского кофе. За столиком в глубине кафе за дымящейся чашкой сидел Митчелл. Найл подсел к нему, сделал заказ и лишь затем спросил:
– Ты как следует организовал поиски убийцы? Удалось нанять детективов?
– Да, – не поднимая глаз, ответил Митчелл, – я все сделал и договорился с Уилберсом. Он даст мне знать, когда что-нибудь будет известно.
Найл положил руку на плечо друга и сжал его.
– Спасибо. Ты всегда был мне хорошим и верным товарищем.
Впервые за годы дружбы Митчелл сбросил руку Найла и своими бледными глазами презрительно уставился на него.
