– Это было неправильно, – шептала я. – Все, что мы сделали. Мы согрешили, и Великая Богиня нас наказала. – Мы считали себя несокрушимыми, как будто могли править миром. – Прости меня.
Его взгляд стал отрешенным, казалось, он уже находился не здесь и лишь слушал мой голос.
– Мне страшно, – прошептал он затем. – Ты останешься со мной, пока все не закончится?
– Конечно. – Я сжала зубы, чтобы не разрыдаться во весь голос.
Нексор даже не сопротивлялся смерти. Не проклинал меня, и это оказалось хуже всего. Он просто лежал подо мной и тихо стонал, словно от боли. Из уголка его глаза скатилась слезинка, взгляд угасал. Но он был все еще жив. Колдун медленно поднял вторую руку и провел пальцами по моей щеке. Как бы я хотела, чтобы его душа отправилась в страну вечного лета, вот только он уничтожил ее собственными руками, а это означало конец. Она никогда не переродится. Здесь и сейчас я потеряю его навсегда. А ведь мне еще так много хотелось ему сказать. Попросить прощения. Почему он до сих пор не возненавидел меня?
Неожиданно послышался звук хлопающих крыльев, и я обернулась, ожидая увидеть у себя за спиной Алексея или Магнуса, но на окне сидела жар-птица. Ее перья искрились, как тысяча золотых солнц, и свет ослеплял. Я знала это существо по гобеленам в замке. На них оно всегда находилось рядом с Нексором и Эстерой. Но мне никогда не приходило в голову, что оно настоящее. Я медленно поднялась, продолжая держать Нексора за руку. Его пальцы по-прежнему сжимали мои. Душа сопротивлялась. Он не из тех, кто сдается без боя. Этот мужчина продолжал сражаться, даже когда битва проиграна. Взмахнув крыльями, птица влетела в комнату. Ее перья были оранжево-красными, а хвост переливался всеми цветами радуги. Я отпрянула, когда она запрокинула голову и вспыхнула ярким пламенем. Однако птица не рассыпалась в пепел, а превратилась в прекрасную женщину с огненно-рыжими волосами и в платье, сотканном из радужного света.
– У тебя действительно получилось, – произнесла она мелодичным голосом и осторожно приблизилась. Ее ноги не касались земли. – А я уже и не верила. В других жизнях ты вела себя трусливо, равнодушно относилась к другим или переоценивала себя. Но в этот раз… – В ее словах звучало едва ли не удивление. – В этот раз ты проявила смелость, мудрость, предусмотрительность и была готова отказаться от всего, что любишь. Ты была собой, чего никогда не случалось раньше.
Она явилась отвесить мне комплимент? В данный момент я не чувствовала в себе ни одного из этих качеств. Сейчас я просто ненавидела себя. Почему я просто не продолжила с ним целоваться? Почему не позволила ему еще раз заняться со мной любовью? В последний раз. Я еще крепче сжала руку Нексора, как будто так могла заставить его остаться. Стоны усилились. Мне хотелось остаться с ним наедине. Хотелось утешить его.
– Кто ты?
Она улыбнулась:
– А ты еще не догадалась?
Возможно, но я все равно покачала головой. С чего бы Великой Богине приходить к нам именно сейчас?
– Я пришла, чтобы задать тебе один вопрос. – Женщина шагнула еще ближе, и меня окутало ее тепло.
– Загадку? – Вопрос превратился во всхлип. Вокруг моего сердца будто сомкнулся кулак. Сейчас она растерзает и мою душу. Мы обе знали, что я заслуживала этого больше, чем Нексор.
– Не бойся меня. – Она положила руку на ногу Нексора, и он расслабился под ее прикосновением. Из его тела полился голубой свет.
Я в панике замотала головой.
– Нет. Еще рано, – выпалила я. Свечение вернулось обратно.
Нексор потянул меня за руку, я забыла о Великой Богине и склонилась над ним. Он коснулся моей ладони губами, горячими еще мгновение назад, а теперь ледяными.
– Все хорошо, – выдохнул он. – Ты можешь меня отпустить.
У меня задрожали губы.
– Я тоже тебя люблю, – прошептала я. – Часть моей души всегда будет тебя любить.
Улыбка, которая расцвела у него на лице, сделала Нексора похожим на непокорного ангела, который сбежал с небес, чтобы согрешить так, как могут грешить мужчины и женщины. Я села рядом с ним, прижала его голову к своей груди и обняла его. Он еще раз вдохнул мой запах, а потом обмяк в моих объятиях. Я беззвучно плакала, пока не почувствовала, как мне на плечо легла рука.
– Я пришла, – сказала Великая Богиня, – чтобы спросить тебя, стоит ли мне забрать его душу в страну вечного лета. Решать тебе. Он разрушил ее, но для него и для тебя я сделаю исключение.
– Почему? Чем мы заслужили такую милость? – Я начала медленно раскачиваться, прижимая к себе тело Нексора. Его смерть казалась неправильной. Я никогда не заслуживала этой любви. Любви, которая была слишком велика для него и для меня.
– Думаю, – медленно проговорила женщина, вытирая слезы с моих щек, – я подвергла вас слишком тяжелым испытаниям. Считай это извинением.
Я кивнула.
– Богиня примет тебя, – прошептала я в волосы Нексора. – Ты отправишься в страну вечного лета. И если она будет милосердна, то однажды мы воссоединимся. Не в следующей твоей жизни, а, возможно, только в сотой, но я узнаю тебя.
Богиня улыбнулась, когда я уложила его тело обратно в постель и встала.
