Мы вернулись в замок, а лагерь между тем медленно оживал. Осталось всего два ковена, но стригои по-прежнему стояли лагерем на своей стороне равнины. Илия проводил нас с Лупой на кухню к Бредике, которая подала нам кофе и погладила меня по волосам. Каким-то образом она узнала о смерти Нексора, и пройдет совсем немного времени, прежде чем эта новость дойдет до Селесты. Я сжала чашку обеими руками, наслаждаясь теплом. Николай должен проснуться, и я молилась, чтобы он знал, где находится сердце души королевы. В противном случае нам оставалось только готовиться к долгой тысячелетней битве. Эстера предупреждала в гримуаре, что Нексор будет совершать страшные поступки, чтобы снова ее отыскать, и я верила каждому слову. Фактически она винила его во всех раздорах и вражде, которые раздирали наши земли на части в течение многих веков. Однако он, вероятно, не был ответственен даже за их малую часть. Мы воевали друг с другом, потому что Эстера – а до нее Вила – посеяла семена войны. Селеста продолжит эту традицию, если я ее не остановлю. Именно этого ждали от меня Нексор и Великая Богиня. И я их не подведу.
– Спасибо за кофе, – сказала я Бредике. – Я хочу на какое-то время подменить Алексея у Николая. – Я повернулась к Лупе: – Побудешь пока с детьми?
– Конечно. – Она кивнула. – Спасибо, что доверяешь их мне после катастрофы в Ониксовой крепости. Сейчас же проверю, как они там.
– Ты моя сестра. Я бы доверила тебе собственную жизнь.
Она благодарно улыбнулась.
– Илия мне поможет. Мимо него так легко не пройти.
Мне еще предстояло объяснить случившееся Эстере. Дети много чего видели и слышали, но всю прошлую ночь проспали. Скоро я познакомлю дочку с ее настоящим отцом. От этой мысли мое сердце забилось чаще.
Матрас подо мной зашевелился, и я на ощупь дотянулась до холодного тела, чтобы успокоить его, положив ладонь на его руку. Со дня смерти Нексора прошло два дня. Вчера Николай начал непрерывно метаться в постели, словно его мучили кошмары. Алексей регулярно заглядывал к нам, и выражение его лица все больше мрачнело. Мне казалось хорошим знаком, что Николай больше не лежит в постели как мертвец. Хотя что я понимала в физических особенностях стригоев? Я давно уже задернула шторы, чтобы свет не бил по глазам, когда он проснется, и теперь приглушенное сияние очерчивало упругие мышцы под тканью рубашки. Его тело напряглось. Я присела на край кровати.
– Николай, – прошептала я.
У него на лбу выступил пот, что не характерно для стригоев, но по крайней мере щеки уже не такие красные, как прошлой ночью, когда я испугалась, что у него судороги от скачка температуры. Сейчас они снова были бледными, как белый мрамор. Дыхание стало прерывистым, а из-под слегка приоткрытых губ показались клыки. Это обнадеживало еще больше, лишь бы он не впился ими в мою плоть. Будет ли он голоден, когда очнется? Как давно он не пил?
– Открой глаза, – взмолилась я. – Посмотри на меня.
Я взяла его за руку. С губ Николая сорвался тихий стон. Мудрее было бы позвать Алексея, потому что никто из нас не представлял, вернется ли к нам тот Николай, которого мы знали, но я хотела быть с ним, когда он откроет глаза.
– Николай, – настойчивее повторила я. Я была готова дать Великой Богине любое обещание, которое она от меня потребует, лишь бы она вернула мне его. Его веки затрепетали, а потом он действительно открыл глаза. Я всхлипнула от облегчения и опустилась на колени. – Ты проснулся, – простонала я, положив руку ему на щеку. – Скажи что-нибудь. Что угодно.
Радужки янтарного цвета внимательно изучали меня, и их окружал темно-красный ободок. Скоро ему нужно будет испить крови, однако пока ситуация не вызывала опасений. Николай облизнул губы. Моя рука по-прежнему лежала у него на щеке, и я постаралась улыбнуться. Он еще не произнес ни слова, но напряжение меня уже отпускало. Он жив, а это единственное, что имело значение.
Палатин сделал еще один глубокий вдох.
– Ты вернулась, – медленно произнес он.
Я сглотнула. Значит, это он вспомнил. Нексор не обманул. Он не тронул душу Николая. Зря я сомневалась в его искренности.
– Да. Прости, что я сбежала.
– Не извиняйся. Это было к лучшему. – Его лицо потемнело.
Я не собиралась затевать бессмысленный спор. Не сейчас. Это уже не играло никакой роли.
– Тебе нужно еще немного отдохнуть. Мы поговорим обо всем позже.
Ему это предложение не понравилось. Стригой так быстро приподнялся на локтях, что я чуть не потеряла равновесие на мягком матрасе.
– Где Алексей? – требовательно спросил он.
– Они с Кайлой встречаются с другими магнатами. Он созвал всех, потому что хочет собрать армию. Мы должны остановить Селесту. Она намерена развязать войну с людьми. Этого нельзя допустить. – Что именно помнил Николай? Знал ли об Эстере? – Как ты себя чувствуешь?
– Нормально, – отрывисто ответил стригой, избегая моего взгляда.
