Тамара долго ворочалась. Заснула только под утро, да и то после того, как придвинула к двери тумбочку.
Утром она собралась поехать на Дуомскую площадь. К поездке готовилась с особенным тщанием. Надела все самое лучшее: новую юбку и нарядную кофточку. При полном параде, прихватив с собой куртку, Тамара спустилась к завтраку. И, как только вошла в обеденный зал, увидела Бориса. Он встал и помахал ей рукой:
— Идите за мой столик.
Она подошла:
— Здравствуйте, Борис. — Положив сумку на стул, прикрыла ее курткой. — Присмотрите?
Он клятвенно заверил:
— Как за своей.
Тамара отправилась за едой и, поскольку для нее все было впервые, не сразу сообразила, что и как нужно делать. Решив приготовить гренки, она подошла к замысловатому агрегату и положила на его движущийся конвейер нарезанный хлеб. Конвейер утащил его внутрь агрегата. Подождав пару минут, она все повторила, но вдруг почувствовала запах горелого хлеба. Из греночного агрегата повалил черный дым. С кухни прибежала работница, открыла какую-то крышку и выгребла из-под нее сгоревшие корки.
У автомата собралась приличная очередь из постояльцев отеля. Многие смотрели на Тамару с упреком. Неловкая ситуация отшибла у нее желание есть, однако вернуться за стол ни с чем было неловко. Тамара положила на тарелку пару кусков ветчины и круглую булку.
— Какие у вас планы? — Борис расслабленно сидел за столом, допивая свой черный кофе.
— Сегодня у меня встреча с Дуомо. — Она мечтательно улыбнулась. — Собор Дуомо — то место, где рассудок уступает эмоциям.
Борис заметил:
— Слышал что-то похожее.
— Но сами так не считаете? — взыскательно спросила Тамара.
— Видите ли, я несколько лет прожил в Милане. Пришлось по работе… Так что вдоволь насмотрелся этих красот.
— К красоте невозможно привыкнуть, — назидательно сообщила она.
— И я знаю почему, — в тон ей подметил Борис. — Потому что красота спасет мир.
— Вы смеетесь надо мной?
— Нет, — он потянулся за салфеткой и вытер губы. — Предлагаю изменить планы.
— В каком это смысле? — растерялась Тамара.
— Заменить одну красоту на другую. Едемте с нами в Бергамо.
— Но я уже решила поехать на Дуомскую площадь.
— Едемте в Бергамо. Без меня вы вряд ли туда попадете.
Задумавшись, Тамара спросила:
— А где Прохор?
— Он ждет нас в машине.
Вопрос решился сам собой. Заручившись ее согласием, Борис отправился в номер за курткой.
Решив выпить кофе, Тамара подошла к кофейному аппарату, который стоял у входа в обеденный зал. Дожидаясь, пока наполнится чашка, она вдруг услышала:
— Пошел к черту! Не считай меня дурой!
Через мгновение в зал вошли француз-бородач и высокая женщина. Их Тамара видела ночью. Заметив ее, они перебросились парой слов по-французски и направились к столику.
Тамара схватила чашку, но пить кофе не стала. Ноги сами понесли ее к машине Бориса.
Тот был на месте.
— Они говорили по-русски! — выпалила она, едва открыв дверь машины.
— Садитесь, — распорядился Борис. Потом спокойно спросил: — Кто?
— Французы! Мы видели их ночью.
— С чего вы взяли?
— Сама слышала. Женщина сказала: «Пошел к черту! Не считай меня дурой!»
— При вас?
— Меня они точно не видели.
Он задумался:
— Странно. Если русские, зачем выдают себя за французов?
— Я не знаю.
— И я не знаю, — Борис запустил двигатель: — Едем в Бергамо.
Дорога до Бергамо заняла часа полтора, на въезде скопилась приличная пробка, Борис съехал с дороги, и они прогулялись с Прохором до ближайшей апельсиновой рощи, где теплый воздух дрожал от напряжения, восходя от черной земли.
Уже в Бергамо Борис поделился:
— Знаете, я очень люблю этот город. Он сохранил дух старой Италии. Сейчас поставим машину и отправимся в исторический центр.
— Это далеко?
Он улыбнулся:
— Пешком идти не придется. Поедем на фуникулере. Дело в том, что все самое интересное находится в Верхнем городе, здесь его называют: la citta alta[6].
— Значит, мы находимся в Нижнем?
— Именно так.
И они действительно отправились к фуникулерной станции, где сели в вагончик и добрались на нем до Верхнего города. Пройдясь по улочке, оказались на Старой площади. Осмотрели несколько соборов, палаццо делла Раджоне и фонтан Контарини.
Борис показал Тамаре самый старый ресторан в городе, где готовили отличную кукурузную кашу поленту, и рассказал, что едят ее с деревянной доски только руками. Но сколько ни уговаривал ее, она не согласилась туда пойти.
— Ну что за дикость… — казалось, он был расстроен. — Быть в Италии и не предаться гурманству?!
— Мы здесь не за этим, — сказала она. — Пойдемте лучше куда-нибудь сходим.
— Темнеет… Последний пункт нашей экскурсии — дом Труссарди. Небезынтересно будет узнать, где проживал основоположник бренда вашей многострадальной сумочки.
Взглянув на сумку, Тамара пожала плечами.
На одной из улочек Верхнего города стоял обычный каменный дом в несколько этажей с потемневшими от времени стенами. На него пришли посмотреть не только они. Некогда там действительно проживал создатель бренда Труссарди.
