— Значит, едете туда, где играют?
— Жаль, не всегда получается. — Борис невесело улыбнулся: — Работа мешает.
— Как же без работы, — вздохнула Тамара.
Подошедший официант опустил поднос на приставной сервировочный столик, переставил блюда с горячей пиццей на обеденный стол и склонился над мисками с рукколой и помидорами.
Борис пояснил:
— Сейчас поперчит и добавит соль. Потом заправит специальным уксусом, который называют «бальзамико». Важно, чтобы бальзамико был густым и кремообразным. С ним совершенно другой вкус. Вот увидишь. Потом — немного оливкового масла. Конечно, все это можно сделать самим, но у Томазо получится лучше.
Томазо поставил перед Тамарой тарелку. Попробовав салат, она восхитилась:
— Неповторимо!
— Ну, так и выпьем за это, — Борис налил ей и себе вина. — Кстати, салат можно закусывать пиццей.
Захмелев, она разговорилась:
— Знаете, Борис…
Он ей напомнил:
— Знаешь… Мы перешли на «ты».
Она согласилась:
— Ну да, конечно! Знаешь, меня очень удивило, что в отеле принимают постояльцев с животными.
— В Европе это не редкость. Однако «Резиденца» — особый отель. Завтра утром, проснувшись, ты отовсюду услышишь лай. В «Резиденце» любят собак.
— Кошка Сюзанна. Чья она?
— Сюзанна живет в отеле давно и чувствует себя абсолютной хозяйкой.
— Все так мило… — Тамара подставила бокал, и Борис налил ей вина. — Я давно мечтала здесь побывать. Теперь мне ясно, что не только Дуомо, весь Милан, вся Италия — это место, где рассудок уступает эмоциям.
— Ты права. — Борис поднес свой бокал, и они чокнулись. — Италию я люблю больше других европейских стран. А из всех итальянских городов предпочитаю Милан.
— Возможно, потому, что здесь домашний стадион «Интера»? — улыбнулась Тамара.
— Давай-ка мы лучше выпьем, — он поднял бокал.
После ужина они прогулялись по ночному Милану. Уже зажглись фонари. Был теплый весенний вечер, Прохор трусил рядом, Борис что-то рассказывал. Тамару наполняло счастливое чувство спокойствия и достаточности.
Как и в прошлый раз, Борис и Прохор проводили ее до номера. Только на этот раз, приблизившись к двери, пес зарычал.
— Что такое? — заволновался Борис.
Прохор обнюхал дверь, потом толкнул ее носом. Дверь открылась. Заглянув в номер, Тамара испуганно вскрикнула.
— Да что там такое! — Борис отстранил ее и первым вошел в комнату.
Внутри царил ужасающий беспорядок. Все Тамарины вещи были раскиданы. Порезанный в ремни чемодан лежал у окна.
— Боже мой! Боже мой… — запричитала Тамара и кинулась подбирать белье.
— Не трогай! — приказал ей Борис. — Ничего не смей трогать. Оставайся здесь, а я спущусь к портье, чтобы вызвать полицию. Прохор! — Борис взглянул на собаку: — Ты останешься здесь! Охраняй!
Борис ушел. Тамара села на краешек стула, словно незваная гостья. Прохор же, напротив, расположился у двери, будто хозяин.
Полиция приехала через двадцать минут. Пока криминалисты обследовали комнату, Тамару отвели в соседний, незанятый номер для беседы с полицейским дознавателем. Переводить взялся Борис.
Полицейского не слишком заинтересовал рассказ Тамары о похищении ее сумки. Он спрашивал ее только о ночном происшествии.
— Прошу обратить внимание… — попросила Тамара. — Прохор, собака Бориса, привел нас в номер к французам. Но я думаю, что никакие они не французы. Я слышала, как они говорили по-русски.
Итальянец что-то сказал, и Борис перевел:
— Их нужно проверить.
Полицейский снова спросил, и Борис опять перевел:
— Что-нибудь пропало из комнаты?
— Мишка.
— Ми-ши-ка? — переспросил итальянец.
Тамара обернулась к Борису:
— Мягкая игрушка, которую ты подарил мне на стадионе Сан-Сиро. Он сидел на тумбочке у кровати.
— Исчез только мишка? — Борис удивился.
Она подтвердила:
— Все остальное на месте.
— Allora va bene[7]… - Полицейский поднялся и, взглянув на Бориса, заявил, что сейчас им нужно поговорить с французскими постояльцами.
Они вышли из номера и направились в другой конец коридора. Тамара, чуть с отставанием, двинулась следом за ними.
Полицейский постучал в дверь, и ему открыл бородач. Не понимая ни слова, Тамара видела, насколько спокойным оставалось лицо француза во время их разговора. Казалось, он категорически опровергал все подозрения. На мгновение из-за его спины выглянула светловолосая женщина.
В ту же минуту из их номера выбежала собачка чихуа-хуа, держа что-то в зубах. Приглядевшись, Тамара узнала в этом «что-то» своего пропавшего мишку.
— Боря, Борис!
Он обернулся, и она указала ему на собаку.
Тамара и Борис удивленно переглянулись, после чего она обратилась к французу:
— Вы нам соврали…
Но здесь вмешался Борис:
— Месье рассчитывал сбить нас с толку после того, как Прохор учуял, что он побывал в твоем номере.
— Бред, — заговорил по-русски «француз». — Полный бред!
Спустя полчаса его забрали карабинеры для выяснения обстоятельств погрома в Тамариной комнате.
Тамара тем временем вернулась к себе и принялась собирать разбросанные по комнате вещи. Закончив, решила зайти к Борису. Постучала в его номер и, не дождавшись ответа, заглянула внутрь.
Борис сидел у окна. Прохор лежал рядом.
Тамара позвала:
— Боря…
