— Теперь этот кобель — наш мэр.
Они дошли до перекрестка и распрощались, договорившись, что завтра Софья придет в гости к матери Анны, учительнице рисования Марте Самуиловне.
Когда Софья подходила к тети — Машиному дому, ей позвонил Николай:
— Можешь приехать в отдел?
— На допрос? — поинтересовалась она.
— Почему сразу на допрос? Просто поговорим.
— Мог бы поговорить вчера в ресторане.
— Ну, хорошо, — признался Николай. — Хочу, чтобы ты перечитала свои показания.
— Зачем?
— Тогда ты была ребенком. Может быть теперь…
— Я была взрослой! — перебила его Софья. — В семнадцать лет я была уже взрослой.
Николай усмехнулся:
— Скажи еще — что в пятнадцать лет Гайдар командовал полком… Прошу тебя, приезжай. Перечитай свои показания и посмотри на них взглядом взрослого человека. Может, что-то еще вспомнишь.
В следственный отдел Софья приехала с папкой, которую забрала у Анны.
— Присаживайся. — Николай встал из-за стола и включил чайник. — Сейчас сделаю кофе. Следственные материалы лежат на столе. Твои показания там, где закладка. Можешь начинать.
Софья раскрыла папку и, перечитав протокол, проронила:
— Кажется, здесь все правильно.
— Нечего добавить? — Николай поставил перед ней кружку с горячим кофе.
— Ну почему же…
— Тогда говори.
— Пожалуй, есть три момента, о которых ты, возможно, не знаешь. Мне подумалось: зачем в тот вечер Ленка мне позвонила? Будь я на ее месте, то в ночь Ивана Купала отправилась бы вместе со всеми на танцы, а потом на пляж. Такое бывает только один раз в году. Зачем она мне позвонила?
— Вы были подругами.
— Ну и позвонила бы назавтра.
— Ты сказала, что сама ее пригласила. Разве не так?
— Я сидела одна, и мне было скучно. Уверена, Ленка знала: если позвонит, я ее приглашу.
— Считаешь, она все спланировала? Но что ей мешало договориться с тобой? Девушки всегда так делают: говорят родителям, что идут к подруге, а сами ночуют с парнем. Почему она не рассказала тебе?
— Наверное, Лена шла к тому, о ком не смела мне рассказать.
— Не рассказать лучшей подруге? — Николай озадаченно почесал затылок. — Это что-то запредельное.
— И вот еще что: она выходила ненадолго и собиралась вернуться.
— Откуда такой вывод?
— Дверь осталась не заперта. Я не придала этому значения и тогда не рассказала следователю.
— Ты это точно помнишь?
— Утром с дачи приехала мать, а дверь открыта. Мне за это попало.
— Ну, хорошо… Предположим, Лена договорилась встретиться с кем-то в условленный час. Но ведь она не знала точно, когда ты уснешь.
— На моей тумбочке лежали таблетки снотворного.
Заинтересовавшись, Николай придвинулся ближе.
— Выходит, у Лены был разработан план? Вовремя позвонить, остаться ночевать, подсыпать снотворное, сбежать к мужику и вернуться до того, как ты проснешься.
— Это предположение.
— Тем не менее оно пришло тебе в голову.
Софья взяла кружку и глотнула кофе.
— И вот тебе еще информация…
— Ну, говори.
— Еще до того, как исчезла Лена, ее мать резала вены.
— Зачем?
— Говорят, из-за Рылькова.
— Странная история получается, — проговорил Николай.
Софья положила на стол папку:
— Вот! Это ее рисунки.
Он развязал шнурки и пересмотрел два десятка акварелей и карандашных рисунков.
— Не за что зацепиться.
— А для меня здесь много воспоминаний, — возразила Софья. — Это — у озера в парке, там мы рисовали с натуры. А это — фрукты из воска, которые лежали в вазе у Марты Самуиловны: яблоко, груша и банан.
— Зачем вы занимались рисунком? Ни одна из вас не стала художницей: ни ты, ни Лена, ни Анька.
— В те времена все девочки мечтали стать модельерами, а Марта Самуиловна, Анькина мать, преподавала рисование. Мы были увлечены и часто рисовали в ее квартире. — Софья показала рисунок карандашом: — Вот, например, сквер Космонавтов: деревья, скамейки и памятник. Вид из окна Марты Самуиловны.
Николай собрал следственные материалы и запер их в сейф. Потом снял со спинки стула пиджак:
— Идем, провожу.
Они спустились по лестнице и вышли на улицу. Там, шагая рядом с Николаем, Софья спросила:
— Как продвигается расследование? Есть что-то новое?
— Пришел результат анализа ДНК. Найденное тело принадлежит Лене Лейбман. И еще… — Он замялся. — Не знаю, стоит ли говорить. Похоже, перед смертью у нее был половой контакт.
Софья удивилась:
— Через двадцать лет на мумии обнаружили сперму?
— Не сперму, а мужские лобковые волосы. Но по ним преступника не найти.
— Жаль…
— Ты вспоминала обо мне? — вдруг спросил Николай.
— Вспоминала, — призналась Софья.
— И я вспоминал. Дня не было, чтобы не думал о тебе.
— Я виновата перед тобой. Прости меня, Коля.
— Зла на тебя не держу. — Он обнял Софью и крепко прижал к себе. — Вот видишь, как все обернулось.
День четвертый
— Сонечка, дорогая! — Открыв дверь, Марта Самуиловна бросилась обниматься. Потом сразу захлопотала: — Проходи, проходи в комнату!
Из кухни с пирогом вышла Анна и мимоходом чмокнула Софью:
— Привет!
Комната, где жила Марта Самуиловна, нисколько не изменилась. Мебель была все та же, поменялись только окно и обои.
— Как поживаешь, москвичка? — Марта Самуиловна поставила в вазу цветы, которые принесла гостья. — Совсем забыла наши края.
