– Почему только доля? – прищурилась Мирослава, не скрывая своего интереса.
– Потому что вы приехали сюда на собственном автомобиле, – ироничная улыбка лёгким, едва уловимым лучиком скользнула по его губам и тотчас спряталась в уголке рта, – и на нём вы передвигаетесь по городу.
– Браво! – похвалила Мирослава. – Вы сами проницательны, как детектив.
– Дело не в детективных способностях. – Он подпёр подбородок рукой.
– А в чём?
– В том, что нельзя быть художником, не имея проницательности. Проницательность нужна в любом деле, так же, как воображение, умение видеть перспективу.
– Согласна, Валерий Владимирович, – сказала Мирослава, отодвигая опустевшую чашку, – спасибо вам за чай. Вообще-то, я пришла к вам по делу.
– Знамо, что по делу, – проговорил он всё с той же лёгкой иронией, – не чаи же сюда гонять вы пришли. И не картинами моими любоваться.
– Но отчего же, – возразила Мирослава, – чай мы с вами уже попили, от того, чтобы посмотреть на ваши картины, я тоже не откажусь, если вы, конечно, позволите. А для начала я попрошу у вас номер телефона вашей квартирной хозяйки, вернее, наверное, её дочери, Татьяны Михайловны Арзамасовой.
– А зачем он вам? – спросил Сомов.
Понимая, что хитрить с художником бесполезно, да и не имеет смысла, Мирослава ответила:
– Убита её тётка Ревакова Лидия Ильинична.
– Татьяна не говорила мне, что у неё есть тётка. – Сомов задумчиво потёр подбородок.
«Ага, – отметила про себя Мирослава, – значит, не Татьяна Михайловна, а Татьяна, ну что ж, тем лучше…».
– А почему Арзамасова должна была с вами откровенничать? – спросила она.
– Вы правы, не должна, – не моргнув глазом согласился Сомов. – Вот только незадача, – всплеснул он руками.
– Какая?
– Вы частный детектив, и я не могу быть уверенным в том, что вы не используете полученную от меня информацию не во благо Татьяне Михайловне, а во вред.
«Ага, на этот раз Татьяне Михайловне», – усмехнулась про себя Мирослава и просила:
– Информацией вы считаете номер телефона?
– Да. Это ведь личные данные.
– Хорошо, – ответила Мирослава, сделав вид, что согласилась с его доводами, – тогда мы поступим иначе. – Она достала свой телефон и, как показалось Сомову, собралась кому-то звонить.
– Что вы собираетесь делать? – неожиданно заволновавшись, спросил он.
– Позвонить следователю, который ведёт дело по убийству тётки Татьяны Михайловны Арзамасовой.
– Не торопитесь! – произнёс художник громче, чем ему хотелось бы.
– То есть? – выражение удивления на лице Мирославы было настолько искренним, что у Сомова отпали все сомнения.
– Давайте сделаем так, – поспешно проговорил он.
– Как?
– Я позвоню Татьяне, Татьяне Михайловне, – торопливо поправился он, – и сообщу ей, что убили её тётку. Если она захочет с вами разговаривать, я передам вам трубку.
– Нет, не пойдёт, – покачала головой Мирослава и снова уткнулась в свой телефон.
– Да подождите же! – воскликнул он с нескрываемой досадой. – Ваши предложения?!
– Валерий Владимирович, – укоризненно проговорила Мирослава, – мы с вами не на аукционе! И я не собираюсь с вами торговаться. Мне нужен телефон Арзамасовой, и я его добуду.
– Это я уже понял, – проговорил Сомов усталым голосом, и она поняла, что художник сдался.
Он нажал на своём смартфоне на вызов и, когда ему ответили, проговорил:
– Здравствуйте, Татьяна Михайловна.
Арзамасова, вероятно, выразила недоумение, потому что, не давая произнести ей дальше ни слова, он проговорил:
– Соседка наша по площадке Зинаида Архиповна Скворцова направила ко мне явившегося по вашу душу детектива.
До Мирославы донёсся какой-то звук, кажется, удивления, похожий то ли на писк, то ли на вскрик.
– Да не волнуйтесь вы! – поспешил успокоить свою квартирную хозяйку художник. – Не произошло ничего страшного. Просто убили какую-то вашу тётю. У вас есть тётя?
Мирослава не слышала, что ответила Сомову Татьяна Михайловна. Он сам обернулся к детективу и протянул ей свой смартфон.
– Таня хочет с вами поговорить.
«Таня», – повторила про себя Мирослава и взяла из рук художника аппарат.
– Здравствуйте, Татьяна Михайловна!
– Здравствуйте! Вы кто?
– Я частный детектив Мирослава Волгина, и мне нужно поговорить с вами.
– Валера сказал, что убили мою тётку. Это правда?
– Да.
– Но дело в том, что я никакой тётки не знаю.
– Имя Реваковой Лидии Ильиничны ни о чём вам не говорит?
– Это сестра мамы.
– Вот, видите, а говорите, что не знаете никакой тётки.
– Вы неправильно меня поняли! Имя сестры мамы я знаю! Но я с ней никогда не встречалась.
– Интересная ситуация, – проговорила детектив.
– Какая уж есть, – сухо отреагировала Арзамасова.
– Татьяна Михайловна, мне необходимо с вами встретиться.
– Это обязательно? – с надеждой в голосе на отрицательный ответ проговорила Арзамасова.
– Да, – ответила Мирослава.
Женщина вздохнула. И тотчас же проговорила:
– Ещё один вопрос.
– Какой?
– Если Ревакову убили, то при чём здесь частный детектив?
– Я объясню вам всё при личной встрече. Но если вы желаете говорить со следователем, ведущим это дело, то…
