– Нет, нет, – перебила её Арзамасова, – я не говорила, что хочу разговаривать со следователем. Приезжайте ко мне домой! – и она назвала адрес.
– До встречи, – сказала Мирослава и вернула смартфон художнику. – До свиданья, Валерий Владимирович. И спасибо.
Он раздражённо пожал плечами. А потом, когда она уже направлялась к выходу, он проговорил ей в спину:
– Вы собирались взглянуть на мои картины. Или вы после того, как добьётесь своей цели, уже не считаете свои обещания обязательными к выполнению?
Мирослава остановилась, медленно повернулась и, посмотрев художнику в глаза, проговорила спокойно:
– Валерий Владимирович, насколько мне помнится, я не давала обещания посмотреть на ваши картины. Я только сказала, что не откажусь от такой возможности, если вы мне её предоставите.
– Я вам её предоставляю! Так в чём же дело?!
– В том, что сейчас у меня нет времени на экскурсию по вашей мастерской. Пробежать же формальным взглядом по вашим полотнам было бы нечестно и просто некрасиво.
– Согласен, – усмехнулся художник, – что вы предлагаете?
– Если вы позволите, то я оставлю вам свою визитку.
– И что? Я не нуждаюсь в услугах детектива.
– Валерий Владимирович, вы не дослушали, – в её голосе прозвучали нотки мягкой укоризны.
– Я весь внимание, – усмехнулся Сомов.
– Так вот, – терпеливо продолжила она, – если вы не передумаете, то недели через полторы позвоните мне, пожалуйста, и мы договоримся о времени, удобном для нас обоих.
Сомов усмехнулся.
– Ловко вывернулись.
– Я не вывернулась, – поправила она его серьёзно, – а представила ситуацию такой, какой она является на самом деле.
– Ладно, ваша взяла, – махнул он рукой и добавил твёрдо: – Учтите, что я обязательно вам позвоню.
– Буду ждать, – заверила его детектив и покинула мастерскую.
«Ишь какая», – подумал Сомов с ноткой невольного одобрения, прислушиваясь к удаляющемуся звуку её шагов.
«Вот и дверь захлопнулась», – отметил он про себя и вернулся в закуток за портьерами, чтобы навести там чистоту после их импровизированного чаепития.
«А ведь она не любит чай в пакетиках, – подумал он про Мирославу, – но капризничать не стала. Дело для неё превыше всего».
А потом Сомов почему-то рассердился сам на себя за то, что не мог перестать думать о детективе. Убрав чашки в шкафчик, он поспешил вернуться к работе, решив, что позднее Татьяна Арзамасова посвятит его в перипетии дела. Ломать же теперь над этим голову далеко не полезно как для нервов, так и для вдохновения.
Татьяна Михайловна Арзамасова, родная племянница зарубленной топором в заброшенном доме процентщицы, жила в спальном районе, куда Мирославе пришлось добираться более часа.
Она терпеливо ждала детектива, гадая о том, как ей стало известно о ней. Татьяна никогда не пересекалась с тёткой, о её существовании знала только со слов матери, поэтому никакой особой печали от известия о смерти близкой родственницы она не чувствовала. Неприятно, конечно, узнавать, что кого-то убили. Но если рассуждать здраво, то каждый день кого-то убивают.
Татьяна смотрела то на часы, то на телефон. Она догадывалась, что детектив застряла где-то в пробке, но позвонить и узнать не решалась, опасаясь, что та неправильно растолкует для себя её нетерпение.
«Нет, лучше сидеть и ждать», – решила молодая женщина.
Она в очередной раз посмотрела в окно и увидела, что во двор въехала серая «Волга», которая припарковалась на полупустой стоянке возле дома.
Татьяна подумала о том, кто же мог на такой машине приехать в их двор. Ей даже в голову не пришло, что приехали к ней. Из салона выбралась высокая стройная девушка в джинсовой куртке и в джинсовых же брюках. И лишь когда девушка вошла в её подъезд, в мозгу Татьяны что-то щёлкнуло.
Она на цыпочках подошла к двери и стала прислушиваться к звукам, доносившимся с лестницы. По ступеням явно кто-то поднимался.
Глянуть в глазок женщина не решилась, и, когда почти что над её ухом раздался звонок, она испуганно вздрогнула и только тут сообразила, что кто-то позвонил в её дверь.
Татьяна только теперь посмотрела в глазок и уже не удивилась, увидев на лестничной площадке ту самую девушку, что выбралась из салона «Волги». Насмотревшись западных детективов и начитавшись не менее крутых книг, она представляла, что частные детективы не бедствуют и ездят чуть ли не на «БМВ».
В случае с Мирославой она была недалека от истины. А «Волга»…
Откуда же Арзамасовой было знать, что под капотом отечественной машины стоит мотор, который можно назвать зверем. И при желании скромная «Волга» мчится со скоростью наикрутейшей гоночной машины.
Дверь Татьяна открыла не сразу, она подождала примерно полминуты и спросила внезапно охрипшим голосом:
– Кто там?
– Детектив Мирослава Волгина. – Стоявшая за дверью девушка приложила своё удостоверение к глазку.
Арзамасова не стала рассматривать его, просто открыла дверь.
– Здравствуйте, – мягко проговорила детектив.
Вместо ответа на приветствие Татьяна кивнула и пригласила:
– Проходите.
