И правда, когда так долго балансируешь на краю пропасти, тебе уже не кажутся события такими глобальными. Но я не могу объяснить что чувствую. Спокойствие. Вот, наверное, что. Я принимаю Морозова любым… рядом с ним меня ничего не пугает. Даже десяток его отпрысков. Вот такую надежность и силу он мне дает… Своим характером… Цельностью натуры. Я знаю, что он со всем справится и с радостью помогу.
— Как его зовут? — отвлекает меня от размышлений вопрос Агаты.
— Александр…
— Я буду рада с ним познакомиться, — говорю, обнимая Яна за руку.
— Хорошо.
Еще один внимательный взгляд, Морозов кажется выдыхает с облегчением.
Мы набрали очень много одежды для Александра, а потом Морозов оторвался в отделе игрушек — накупил такую прорву, что всем нам, и еще двум продавцам пришлось пакеты к машине тащить.
— Это я от нервов, смущенно признается Ян, когда садимся в машину. — Давайте заедем куда-нибудь, перекусим?
— Давай домой, — говорю неожиданно для самой себя. — Откладывая ты лишь усилишь нервозность…
— Это оказалось сложнее чем я думал, — признается Морозов, и я понимаю, что угадала. — Привезти ребенка домой одно, а вот отношения строить… — Не представляю о чем с ним говорить, — добавляет Ян едва слышно.
— И поэтому избегаешь? Это не выход, точно. Едем, — говорю так решительно, что сама себе удивляюсь. Куда лезу? Что знаю о детях?
— Ты будешь рядом? — спрашивает Ян и сердце щемит от любви к нему. Он такой ранимый в этот момент… Я впервые ощущаю, что действительно нужна ему…
— Рита, а ты разбираешься в детях? — удивленно спрашивает Агата. — Советы даешь…
— Нет, не разбираюсь, — признаюсь смущенно. — Просто говорю, что чувствую. Извините если слишком много на себя взяла…
— Да нет, я с тобой согласна. Но я тоже нервничаю… Получается, я тетка? Ох, это ты братец дал! Ты может хоть вкратце объяснишь, как так получилось? Как снег на голову все это! Рита, теперь малыш… Ты оказывается так много от своей семьи скрывал…
— Вкратце — я даже не уверен, что ребенок мой, — вздыхает Морозов. — Мне его отдала женщина, с дочерью которой я встречался семь лет назад… ДНК еще не готов… Надеюсь узнать завтра… если не успею — по возвращении.
— Ну у тебя и ритм жизни, — фыркает Агата. — Снова командировка?
— Да на стройке проблемы. Но никаких клубов, поняли, обе?
— Поняли-и… — Пищит коверкая голос Агата. — Ты про племяха давай рассказывай. Что за женщина тебе его отдала? Как это вообще? Это ж не игрушка…
— Пожилая женщина. Дочь умерла, содержать внука не под силу.
— А если он не твой?
— Хочу оставить все равно… Жаль пацана.
— Может это развод на деньги? — прищуривается Агата.
— Скорее всего, — хмыкает Морозов. — Но мне наплевать. Я взял его в основном потому что понял — у такой бабки ему все равно хорошего не светит, так что с того чей он? Если помочь могу… Хочу оставить… в любом случае.
И снова этот глубокий взгляд на меня… А у меня вновь сердце заходится… Можно ли любить мужчину сильнее? Восхищаться им, благоговеть перед его поступками. Именно так у меня с Морозовым. Никого сильнее, лучше, удивительнее я не встречала. И ребенка уже люблю… безотчетно, просто потому что он есть… и он — частичка моего любимого.
— Значит вот для чего ты Ольгу попросил срочно приехать… — задумчиво говорит Агата.
— Она не очень помогла. Своих детей нет, а отпрыски мужа взрослые… Черт, наверное надо психолога нанять.
— Это хорошая мысль, — говорю мягко. — Но главное надо самому общаться начать. Ты его выбрал, так не избегай…
— Спасибо, — Ян смотрит на меня с любовью.
Но ребенок и правда выглядит странным и нелюдимым. Пятится от нас, стоящих на пороге его комнаты с охапкой игрушек в руках. Одет кстати странно для дома — слишком много на нем — и кепка, повернутая козырьком назад, и футболка, торчащая из-под накинутой сверху куртки, джинсы, которые ему явно великоваты.
— Это я наспех ему купил пока вез сюда, — объясняет Ян, когда шепотом на ухо спрашиваю почему малыш так странно одет.
— Саша, привет, меня зовут Рита, — пытаюсь установить контакт с ребенком. Он ужасно худой, прям таки тонкий как тростинка, но высокий, выглядит, пожалуй, уже как первоклашка.
— Отказывается переодеваться, — жалуется Татьяна, вставшая при нашем появлении из кресла. Пока шли сюда Ян объяснил, что приставил служанку к ребенку круглосуточно.
— Наверное мы можем пока отпустить Таню, — предлагаю тихим голосом, и тот кивает служанке, которая смотрит на меня с благодарностью.
— Привет, малышня, давай знакомиться! — вмешивается Агата. Она не раздумывает как мы, а сразу, за пару шагов оказывается возле ребенка. — Дай посмотрю на тебя… — девушка садится на корточки, но Саша неожиданно отталкивает ее от себя, с силой. Агата летит на пол, вскрикивая, а ребенок пулей скрывается за дверью.
Вот и все знакомство. Первая попытка провалилась с треском. Следующий час проводим в уговорах — ребенок заперся в ванной. Приходится снова вызвать не успевшую насладиться отдыхом Татьяну, в надежде что к ней малыш хоть как-то привык.
