– Не убегу, честное слово.
– Еще как убежишь. К своим. Только если подумать – зачем мы тебя с собой тащим? Я не знаю.
– Я не хочу бежать. Дело в том, что, я все равно давно собирался снять форму.
– Ого, – хохотнув, ответил Хорхе, – Интересное дельце. Ты знаешь как это называется в армии? Если снимаешь форму без разрешения?
– Само собой…
– Это называется – дезертирство!
– Да, я собирался дезертировать! Я собирался добраться до Паланги, там спрятаться на каком-нибудь корабле и свалить с этой планеты навсегда. Я не настоящий военный, меня насильно забрали в армию. Меня невеста ждет…
– Всех ненастоящих военных ждут настоящие невесты. И скажи мне, какое ждет тебя наказание, если тебя при этом вдруг схватят?
– Ничего приятного. Расстрел.
– Да уж. Приятного мало. К твоему сведению, генерал Монкада, которого тут все с ног сбились искать, к дезертирам был куда как мягче.
Картман продолжал гнуть свою линию:
– Мне почему-то кажется, что и тебе не так уж охота ехать в это место. Как оно, там, кстати называется?
– Оно называется просто – Ангар. Стоит такой старый огромный облезлый гараж, и вечно сидит перед входом старик. И все. Там ничего больше нет. И я, признаться, действительно не слишком рад туда ехать, особенно после того как выяснилось, что у тебя нет нужного нам зуба.
– А почему это ты не рад?
– Потому что я слишком привык к бару «Констриктос», клиентам и своему коктейльному аппарату, хоть я и горел в нем два раза, как в танке. Но это все из-за сгнившей электропроводки, ее-то можно заменить. И еще потому, что мне очень хочется сохранить комплектацию.
– Погоди, что значит – сохранить комплектацию?
– То же самое, что для тебя – избежать расстрела. Ладно, чего-то мы разболтались, тебе все это знать не обязательно. Знай себе лежи…. Ого, вот это колесо!
Агнесса вместе с Трико с усилием подкатывали к джипу какое-то огромное, тяжелое колесо, что больше походило на каток от танка..
– Так вот, Хорхе, ты славные малый, и тебе я скажу тебе то, что ей знать пока не обязательно. Зуб у меня есть – но не во рту.
Хорхе застыл, как громом пораженный.
– Что?!
Но тут подошла Агнесса. Колесо с глухим стуком завалилось на бок.
– А поменьше ничего не могли найти? – задумчиво поинтересовался Трико.
Такси по-прежнему стояло на холме. На горячий капот спинами опирались Томас и Хенаро. Курили.
– Как ты думаешь, куда они едут? – спросил Томас.
– Котел мы проехали. Пустыня. Там нет ничего интересного, – ответил Хенаро и выпустил в небо толстую струю дыма.
– А дальше что?
– Паланга, порт. Там загружаются рудой грузовики. Дальше опять пустыня.
– Значит, они едут в Палангу.
– Черт их разбрет, командир. Хотя так в Палангу не ездят… Мама моя, не к Ангару же они направились?!
– А что это – Ангар?
– Ну, как вам сказать… Точно никто не знает. Говорят, в этих горах есть такое нехорошее место. Называется Ангар. Мы туда не ходим. Мы вообще, если хотите знать, дальше города давно уже носа не показываем. Здесь после последней Газовой Войны вообще появилось много таких нехороших мест.
– Мне иногда кажется, что этот ваш чертов Тринадцатый промышленный Район одно сплошное нехорошее место, – задумчиво и мрачно сказал Томас.
Зашипела рация.
– …Сантьяго вызывает Банду.
– Банда на связи.
– Я провел тут пару разговоров, с местными чиновниками. Они, все как один, твердят, что генерал Монкада в городе. Что он прячется среди населения и притворяется простым мирным жителем. Просто его никто и никогда не видел в лицо, и потому ему легко затеряться.
– Да? Интересно. Проверьте, насколько это возможно. Вернусь – сам плотно займусь этим вопросом. А пока у нас здесь свои заморочки…
Томас подошел к Норьеге, который в электронные окуляры осматривал местность.
– Глядите, командаторе, – сказал Норьега, – Там, между двумя отвесными скалами дорога в горы. Больше я не вижу ни одной паршивой тропинки. Это широкая дорога, судя по колее, по ней раньше шли карьерные самосвалы. Свежих следов нет.
– Предположим, мы их обогнали. И они, судя по всему, движутся сюда.
– Хотите устроить засаду…
– Само собой. Не пропустим их в горы.
– А если они сюда и не собирались?
– Другого пути я не знаю. Или есть варианты?
Хенаро произнес снизу упрямым голосом:
– Я в горы не поеду. Во-первых, на «серпантине» моя старушка может и не выдюжить с таким грузом ответственности. Во-вторых, я не уверен, что этот самый «серпантин» там еще остался. Ну и вообще – там, в горах, за нашу жизнь никто и сорванной гайки не даст. Были такие умники уже. И флаг на «релейке» лазили вешать. И считали себя королями пустыни…Одно я вам скажу: Монкада шуток не любит. Кроме вас были всякие – и Эдуардо Пинтозо со своей Бешеной бандой, и Полковник со своим Черным Октябрем, те еще гады, и Панчо, у которого вместо мозгов был тостер, и даже этот… как его… Короче, пока они лепили на стены декреты, называли себя вечными правителями, награждали сами себя орденами размером с тарелку и даже меняли режим работы пивных заведений, все шло как по маслу.