Но, – Хенаро значительно поднял указательный палец уцелевшей руки, – как только кто-то из них загорался желанием увековечить себя флагом на релейной башне, так все – хлоп, и готово. Ночью приходила неведомая группа энтузиастов, а утром мы видели новую власть в холодном виде и с синими ногами в разобранном здании. И все, все, до единого в этом городе четко уяснили – желтый флаг с бубенчиками на релейной башне, которую прозывают Магда, трогать нельзя. И потому, когда вы приехали, здесь больше нет ни «черных полковников», ни бессмертных диктаторов – потому что нет никакого удовольствия от власти, когда ты можешь расставлять себе памятники, но жалкое желтое знамя незримой власти трогать нельзя.
– А теперь я говорю, тебе, таксист, – выслушав тираду Хенаро, спокойно произнес Томас, – и передай мои слова остальным: нынче же будет висеть на вашей Магде синий флаг Стражи, и будет висеть столько времени и на такой высоте, как я, командор Пустынной Стражи, сочту нужной. И если даже ты здесь – глаза и уши самого генерала Монкады собственной персоной, чего исключать нельзя, или знаешь его, или трясешься от одного упоминания о нем, то слушай и передавай остальным: теперь на Магде будет мой флаг! И знаешь почему? Потому, что я в свое время дал кое-кому клятву вешать свой флаг взамен всех остальных. Ясно тебе?
– Да уж куда ясней. Воля ваша, господин военный. В любом случае я жду вас здесь.
– Валяй, ветеранос. Только смотри, дождись, и не вздумай крутить руль раньше моей команды.
Хенаро сделал в ответ неопределенный жест рукой, но ничего не ответил.
С крыши машины донесся голос Грея:
– Командаторе! Низкая облачность с моря. К закату может начаться дождь.
– Так, слушайте меня, Пустынная Стража! Наша задача – не пропустить противника в эти ворота между скалами. Если они прорвутся – преследовать до полного уничтожения.
– Там у них ребенок. Или даже два… – осторожно сказал Орилла.
– И Картман, – добавил Норьега, – Хоть он и пер на нас в танке, но думаю, это он не со зла…
Томас не ответил на эти реплики. Вместо этого продолжал отдавать приказы:
– Норьега, ты – за камнями. Постарайся разбить двигатель их колымаге. Грей, дуй на тот гребень. Мы их отрежем. Постарайтесь никого не убить, главное – остановить машину. И смотрите внимательно, не перестреляйте друг друга, ветераны.
– Норьега, отстрелить тебе усы? – хохотнул Грей.
– Смотри сам себе не отстрели чего из своей кривульки, умник, – отозвался Норьега, оглядывая базуку и удобно укладываясь за камнем.
– С этим ремонтом потеряли кучу времени. Хорошо хоть оторвались от твоих дорогих друзей, – сказала Агнесса.
Джип несся, задравшись на одном из колес, как какое-то хромое животное.
– Хорхе, сколько осталось?
– Километра три, не больше.
Внезапно лицо Агнессы перекосила страшная гримаса. Агнесса вскочила на своем месте.
– Я вижу такси Хенаро у Красных Дверей! Они нас опередили!
– Ох, – слезно застенал Хорхе, – Все, нам конец. Что теперь, а?
– Хорхе, садись за руль! Трико, на пол! Хорхе, газуй…
– Как едем? «Восемь – восемь»?
– Нет, Хорхе. Теперь нам без «восемь – девять» и не обойтись, – пробормотала Агнесса. – Гони! Надо им вымотать им нервы…
– Это у тебя всегда получалось! – отвечает Хорхе вполголоса, дергая ручку переключения скоростей.
Джип тихо вынырнул из сумрака рядом с задумчиво стоящим у такси Хенаро. Таксист не выказал ни малейшего удивления. Он лишь украдкой отдал честь Агнессе, закурил свежую сигару и сел на капот своей машины.
– Тебя опять мобилизовали, Хенарито? – язвительно поинтересовалась Агнесса.
Взгляд ее был недобр, казалось, один миг – и она в ярости сорвется на таксиста.
Тот только развел руками, с прищуром разглядывая Агнессу.
– Хм… А ты, я вижу, спешишь на танцы? Откуда ты меня знаешь? Хотя меня все в Иерихоне знают… Мне кажется, и я тебя где-то видел… Не на вечеринке у Пончо, случайно? А что это у тебя в руках?
– Мои заветные кастаньеты, – сказала Агнесса, надевая шлем Картмана, и выудила из-под сидений два гигантских ржавых, похожих на старинные «маузеры», пистолета, передернула затворы один об другой и подняла прицельные рамки.
– Не скажешь ли ты мне, Хенарито, у кого нынче на руках «флэш»? Другими словами, не найдется ли мне подходящих кавалеров?
Хенаро широко развел руками, словно собираясь взлететь:
– Сразу предупреждаю, я сторона нейтральная. А в чужие карты я не гляжу! Хотя совсем недавно у меня полный багажник таких кавалеров. Правда не все из них живые…
В отдалении сверкнула базука, и, расстилая дым, понеслась ракета, огибая крупные камни над самой землей, норовя нырнуть под капот джипа. Хорхе неожиданно резко ударил по «газу», и джип прыгнул вперед и в бок, от чего едва не опрокинулся. Хорхе отбросило в противоположную сторону, а ракета слегка отклонилась, и, чиркнув бок джипа, взорвалась в некотором отдалении. Агнесса и мальчишка растянулись на заднем сиденье. Картман в качестве комментария к происшедшему сумел лишь тонко ойкнуть.
– Пуля – дура, – вскакивая, заявил Хорхе и снова прыгнул за руль, после чего заложил взревевший джип по большой «восьмерке».