– Мое имя также редко встречается. И что с того?

– Маша. Мария. Вы находите его редким?

– Маша – меня зовут уменьшительно, чаще – дома, и вот сейчас на съемках. Моё полное имя – Марьяна.

– Действительно, редкое. И красивое.

Их разъединили. К ней подскочили с микрофоном и камерой.

– Встаньте правее. Несколько слов для «Новостей кино».

– Вы начинающая актриса. Сам Вячеслав Якушин предложил вам роль в его новом фильме. Что вы чувствуете?

– Я рада, что меня заметил выдающийся режиссер. Постараюсь оправдать его доверие.

– Вы играете отрицательного персонажа. Каково стать человеком, который вам не нравится?

– Моя героиня вызовет отрицательные эмоции у зрителей. Но не существует лишь одного белого или черного. Я постараюсь раскрыть причины её поступков, в чем-то оправдать её поведение. Она любила, боролась за свою любовь, как могла, как понимала. Конечно, она допускала ошибки. Но пусть в неё бросит камень тот, кто не ошибался.

Меня ошеломили её ответы. Я решился подойти к ней, но заметил, какими глазами на неё смотрел Генрих. Как он смотрел! Я понял, что мне нет места рядом с ней. Я отошел в сторону, и всю жизнь на краешке простоял…

– Но притомился я что-то, – Павел положил таблетку под язык.

– Пожалуй, мне пора, – Генрих встал.

– Не много мне осталось. Возьми, дарю. Единственный экземпляр. Кассета у меня была, перевел в цифру позже. Качество временами не очень, но представление получишь.

– Что это?

– Диск с фильмом Вячеслава Якушина «Нелегкий выбор». А ты заходи, когда захочешь, о Марьяне поговорим.

Тем летом закончились съемки картины «Нелегкий выбор», который шли больше года. Марьяна из-за работы в театре, снималась только летом, но повезло, что целый месяц она провела в Сочи. После монтажа и озвучки Марьяна по профсоюзной путевке «Мать и дитя» уехала на три недели в подмосковный санаторий. Дочке Тане исполнилось 11 лет, она еще не стала вредным подростком, без опеки бабушки, она не капризничала. Марьяна была рада отдохнуть от московской суеты, от нудной свекрови, от мужа Андрея. Он, кстати, уже успел забыть, что она записалась на путевку ещё в январе, и пытался возражать, но вяло. Свекровь, считавшая каждую копейку, тут поддержала Марьяну: «Ты что, тридцатипроцентная путевка, это же какая экономия! И ехать близко». Андрей вздохнул: «Ладно, раз уж мы не можем всей семьей себе позволить, то хоть ты отдохни». Марьяна подумала: «Сам виноват. Не надо было соглашаться на отпуск в ноябре». Но благоразумно промолчала.

Андрей Кислицын в коллективе не умел за себя постоять и, похоже, не был таким уж выдающимся инженером, каким себя мнил. Подробности про свою работу он говорить не мог, только многозначительно молчал. Секретное оборонное предприятие, которое жители района называли просто «Ракетное НИИ», платило ему не особенно большую зарплату, изредка премию, да ещё давали «заказы» из дефицитных продуктов питания. Зато имелся ведомственный детсад-ясли, куда до школы ходила Таня, и совсем недалеко от их ведомственного дома.

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже