ПЕРВЫЙ Социализм, коммунизм, интернационализм, товарищи!
ТОЛПА Социализм, коммунизм, интернационализм!
ВТОРОЙ Равноправие, православие, народность, товарищи!
ТОЛПА Равноправие, православие, народность!
ПЕРВЫЙ Сувана Фуми! Фуми Насована, товарищи!
ТОЛПА Сувана Фуми! Фуми Насована!
Сувана Фуми! Фуми Насована!
Сувана Фуми! Фуми Насована!
Сувана Фуми! Фуми Насована!
ВТОРОЙ Элои! Элои! Лама савахфани, товарищи!
ТОЛПА Лама савахфани!
Лама савахфани!
Лама савахфани!
Лама савахфани!
ПЕРВЫЙ Това…
ТОЛПА Лама савахфани!
Лама савахфани!
ВТОРОЙ Свобода, товарищи!
Свобода, лама савахфани!
Свобода, лама савахфани!
Свобода, лама савахфани!
Вот они кричат: Свобода! Свобода! Какая свобода? Где свобода? Почему свобода? — как почему свобода? — ну, почему, почему и какая свобода! — как какая свобода? — ну где, где свобода? — как где свобода? — Ведь это же я все выдумал! Я! Я! Я взял и выдумал! — он выдумал! — да я выдумал! — он, видите ли, выдумал! — да, да, я, я выдумал! — ну, конечно, никто не мог, а он взял и выдумал! — я, я! я! выдумал! я! Захочу и выкину это слово, захочу — переменю на «несвобода». Захочу, еще что-нибудь такое выкину! Вот и выходит, что никакой такой свободы и в помине нет. Но это только снизу, с точки зрения человека. А сверху, с точки зрения Бога — она есть, она неистребима, она ни с чем таким не связана, чтобы ее этим чем-нибудь таким опутать, или чтобы она прилипла к этому чему-нибудь такому липкому, и ее можно было бы под шумок с этим чем-нибудь таким, поддавшимся охвату, объятию, и выкинуть. Да. Это ужасно! Вот я написал все это, вроде бы всех повязал по рукам и ногам, вроде бы везде, куда ни кинь взгляд — везде я! — вот, вот везде ты! — я и говорю: везде я! — вот-вот! — да, да везде я! И что же?
