— Помните, я рассказывал в прошлом году про эмигранта Понятовского и фирму «Ампекс», что видеомагнитофоны в Штатах выпускать начала? — напомнил подошедший Серов.
— Помню, было что-то такое, — припомнил Хрущев.
— Так вот, мы же туда нашего человека заслали. Вот он и переслал информацию о качественной магнитной пленке на лавсановой основе, и о разработанной на основе видеомагнитофона технологии записи информации из ЭВМ на магнитную ленту, — рассказал Серов. — С лентой калмыковские товарищи помучились изрядно, пока научились делать лавсановую основу, которая не ломается. Кстати, Мстислав Всеволодович тоже помог, — Серов с благодарностью посмотрел на Келдыша. — Главкосмосу качественная магнитная лента для регистрации разных там параметров очень пригодилась, вот и развернули производство. Видеомагнитофоны студийные тоже осваивают.
— Почему не доложили? — нахмурился Хрущёв. — И кстати, Сергей Алексеич к твоим внешним делам разве допуск имеет?
— Пришлось дать, — ответил Серов. — Ограниченный. Когда с «Ампэкса» начала информация приходить, понадобились консультации специалистов самого высокого класса. А не доложили, потому что нечего пока было докладывать. Ленту относительно недавно выпускать начали, видеомагнитофоны тоже пока штучно производят.
— А вот накопитель — это пришлось покувыркаться двум министерствам, — пояснил Серов. — Сначала Калмыкову, а потом и Шокин подключился. Ох и весело было… Нам-то он тоже нужен, у нас в комитете, благодаря помощи Сергея Алексеевича, БЭСМ-2 поставили, она же теперь полностью на полупроводниковых микросборках, мы на ней уже коды ломать пытаемся… Объем данных растёт, хранить где-то надо… Вот и подсуетились.
(БЭСМ-2 выпускалась малой серией, в реальной истории — несколько позднее. Но где один опытный экземпляр, там и два.)
— К сожалению, накопитель по типу «Ампэкса» по сравнению с нашими ранними, что использовались на первой БЭСМ — изделие другой цивилизации, — сказал Лебедев. — Тут все на полупроводниках и частично на микросборках, а главное — плотность записи удалось существенно увеличить, и лента стала качественная — прочная, не рвётся и не ломается.
— Сергей Алексеич, а нельзя ли на такие ленты, как это называется… зарезервировать всю информацию по теме «Тайна»? — спросил Хрущёв. — Нас ведь предупреждали, что этот ноутбук проработает всего несколько лет.
— Не получится, Никита Сергеич, — покачал головой Лебедев. — Слишком много там информации. Чтобы зарезервировать только ту информацию, что на вашем ноутбуке, понадобится более 300 тысяч таких вот лент.
— Триста тысяч? — Хрущёв не поверил своим ушам. — Не может быть… Неужели нельзя что-то придумать?
— Пока ничего, — вздохнул Лебедев. — 60 лет развития технологий ни за год, ни за два, ни за пять лет не перепрыгнуть. Объем данных прислан гигантский. 300 гигабайт у вас на ноутбуке, еще 500 гигабайт на переносном накопителе, который у нас в ИТМиВТ, но там в основном программы для ЭВМ. Их мы стараемся лишний раз не трогать. Ещё по 64 гигабайта на картах памяти смартфона и планшета, но там проще, там, в основном фильмы, их переснимают, да навигационные карты, их тоже перефотографировать можно.
— Твердотельный диск был почти свободный — там только операционная система для второй ЭВМ установлена, причём в минимальной конфигурации — для изучения. Вот с ней мы и работаем. Объём оперативной памяти позволяет хранить базу данных «Киберсин» прямо в ней — на так называемом RAM-диске, и периодически сохранять её на переносной диск. Правда, питание пришлось сделать автономное, с тремя контурами защиты — два автономных генератора, аккумуляторы, и два запасных генератора, на случай, если основные оба выйдут из строя.
(У реальной IBM-360, на которой работала чилийская «Киберсин» в 1971 году, объём памяти — оперативной и дисковой — был явно не современный, однако же системе хватало.)
— Вот это предусмотрительно, — похвалил Никита Сергеевич.
— Когда полноценную ОГАС будем создавать, там не обойтись без дисковых накопителей большой ёмкости, — пояснил академик. — Тут мы работаем в двух направлениях. Первое — повышение плотности записи, но это процесс не быстрый. Второе — объединение нескольких дисковых накопителей в массив, воспринимаемый системой как единый диск большой ёмкости. (LVM) Эту идею мы обнаружили в присланных документах. Но и это не так быстро реализуется — нам бы сначала с концепцией «файловой системы» совладать.
— Совладаете? — обеспокоенно спросил Хрущёв.
— А у нас выбор есть? — невесело усмехнулся Лебедев. — Нам ещё повезло, что операционная система на присланных ЭВМ очень консервативна. Она и телетайпы как устройства ввода-вывода поддерживает, и ленточные накопители, достаточно команду набрать. Ситуация-то уникальная, новейшие наши устройства этой техникой воспринимаются как устаревшие.
— Да, кстати, пойдёмте, я вам ещё одну потрясающую вещь покажу.
