— А вот на этом направлении мы должны сосредоточиться в дальнейшем, — Сергей Павлович развернул схему, на которой была изображена необычная конструкция из торчащих во все стороны, как показалось Хрущёву, цилиндрических баков.
Присмотревшись, он разглядел в центре ещё один, более узкий цилиндр, усаженный трёхлучевыми звёздочками.
— Это что? — спросил он.
— Орбитальная станция, — ответил Королёв. — Видите, в центре универсальный стыковочный модуль УСМ. Переходный туннель, оснащённый несколькими стыковочными узлами. К нему стыкуются остальные отсеки. Каждый отсек выводится на орбиту отдельным носителем.
— Дорогое удовольствие получается! — заметил Хрущёв.
— Если как следует посчитать, то не очень дорогое, — возразил Келдыш. — Военные собираются тратить значительно больше носителей только на запуски своих спутников-разведчиков. А если запускать по модулю раз в полгода, то станцию за три года собрать можно. Сами модули будут дольше проектироваться. Причём после запуска первого, основного модуля, станцию уже можно эксплуатировать с экипажем на орбите. А дальше — наращивать её возможности до полной конфигурации.
— А главное, — добавил Королёв, — станция — это готовая основа для тяжёлого межпланетного корабля. К ней надо только пристыковать разгонные блоки, баки с топливом, и посадочный корабль.
— То есть… вот эта… штука… — Хрущёв едва не обозвал растопыренную конструкцию на рисунке каракатицей, но побоялся, что Королёв обидится, — эта штука может превратиться в корабль для полёта к Луне?
— Или к Марсу, — кивнул Сергей Павлович. — В зависимости от задачи её можно наращивать дополнительными модулями. Ведь к центральному блоку с УСМ можно подстыковать второй центральный модуль, тоже с УСМ, а к нему ещё четыре модуля, и так далее, пока не соберётся длинная гирлянда. В зависимости от мощности носителя габариты модулей могут быть разные. Эти, на рисунке, рассчитаны на Р-7 с третьей ступенью. Если Валентин сделает третью ступень с водородом, то полезную нагрузку поднимем тонн до 12–15. Это так, прикидочно. Мы рассчитываем сейчас, прежде всего, на преемственность технологий. Чтобы из одного вырастало другое.
— Правильно, — одобрил Хрущёв. — Я ещё прошу вас, товарищи, сосредоточиться сейчас на двух темах спутников. Первое — метеоспутники. Сами понимаете, точное знание погоды влияет на авиацию, военную и гражданскую, на сельское хозяйство, на морские перевозки, на курортно-туристическую индустрию, которую мы активно будем развивать.
— Над метеоспутником Иосифьян работает, — сказал Келдыш. — Там основная задача — обеспечить ориентацию и стабилизацию аппарата, а вся целевая аппаратура — телекамеры и телепередатчик. Потом добавим аппаратуру для инфракрасных и актинометрических измерений. Осенью планируем запустить первый образец метеоспутника. Отработаем на нём системы ориентации, стабилизации и электроснабжения.
— Годится, — сказал Никита Сергеевич. — Если телевизионная система будет готова — испытайте и её. Я Шмакова лично попрошу к Иосифьяну подключиться. Важно оценить, что нам даст такой спутник.
— Сделаем, — сказал Королёв. — Для метеорологического спутника высокого разрешения снимков не нужно. Важнее периодичность снимков для предсказания перемещения облачных массивов.
— Второе. Спутник фоторазведки, — сказал Хрущёв. — Его отработка важна для военных. Это и вам позволит отрабатывать пилотируемый корабль. Ведь конструктив у фоторазведчика и пилотируемого корабля общий?
— В основном — да, — подтвердил Королёв. — Только кресла космонавтов заменяются на фотоустановку, и в системе управления могут быть отличия.
— Вот и запускайте их, для начала отработаете все системы в беспилотном варианте, — предложил Никита Сергеевич. — Тут вы лучше меня разберётесь. Теперь вот что мне скажите. Вы о составе лунного грунта в документах читали?
— Да, конечно, — кивнул Королёв. — Но, Никита Сергеич… До Луны нам ещё как до Китая пешком…
— А мы с вами сейчас как работаем? — риторически спросил Хрущёв. — На опережение. Мы с вами знаем, что долететь до Луны можно. Знаем, что лунный грунт содержит полезные для нас элементы. Там есть кислород, водород, титан, алюминий, железо, кремний для фотоэлементов и электроники. Да ещё и гелий-3 для термоядерных реакторов. Никто в мире ещё не знает, а мы знаем. Вы — руководители Главкосмоса. Вам и карты в руки. Надо предварительно оценить, можно ли добывать эти полезные элементы из лунного грунта в автоматическом режиме.
— В автоматическом? — удивился Королёв.
— Да. Вот ваша ракета-носитель, — сказал Хрущёв. — Её основная масса — топливо. Основная проблема у нас — высокая стоимость вывода грузов на орбиту. Какой вывод напрашивается?
— Стартовать с Луны? — спросил Королёв. — Никита Сергеич, но ведь это невероятно дорого. Вы предлагаете собирать ракеты на Луне?
— Нет, — усмехнулся Хрущёв. — Пока я вам предлагаю поручить небольшой группе исследователей обдумать принципиальную возможность получения из лунного грунта прежде всего — кислорода и водорода, а также гелия-3.
