Чувствовалось, что ему действительно стрёмно. Мне было тяжело это сознавать, потому что я сам передвигал гусеницы своего кибера уже за пределами даже силы воли. Я предчувствовал, что ближайшие сутки просто проваляюсь на базе мёртвым, обожравшись зелёными кристаллами.
Но Майлду всё-таки досталось сильнее, чем мне. Он тоже вымотался, но он ещё и понял, что его надежды с треском рухнули. При всём желании он не спасёт никого из своей прежней пятёрки. Не тогда, когда против него стоит парень, способный одним щелчком пальцев сотворить апокалипсис или отменить его.
То же самое чувство безысходности исходило от Сиби, когда она остановилась возле столба, на котором перед битвой висела голова её подруги, Оли.
Больше голов на столбах не было, они исчезли, как и порождения Гнили. Может, и вовсе были иллюзией.
Сиби задержалась буквально на мгновение и покатила дальше, помогая буксировать одного из неудачливых киберов.
Она задержалась и возле «птички», повернулась в сторону посёлка, стояла, пока Данк, Райми и их Целитель, так и оставшийся для меня безымянным, закатывались внутрь.
Рядом остановился Майлд.
— Как же так? — тихо спросила Сиби. — Как же так, а?
Уродливая кибернетическая рука Майлда легла ей на плечо.
Когда трап поднялся, и «птичка», едва ощутимо вздрогнув, поднялась в воздух, я решил внести некоторую ясность.
— Ребята, что вы видели? Когда появился Хирург?
— Да ничего, — хмыкнул Сайко. — Сначала всё замерло. Потом он что-то тебе сказал и исчез. Ты оказался снаружи, а монстров не было.
— Примерно так, — подтвердил Гайто.
— Мне нечего добавить, — сказал Спайди.
Я задумался. Значит, Хирург может вытворять с сознанием человека практически всё, что угодно. Может его отключить, может подчинить. Но, видимо, со мной он так поступить не мог. И сразу знал, что не сможет.
А вот Алеф оказалась для него сюрпризом. Алеф тоже ему не подчинилась. И после этого он её как будто узнал.
— Командир, — позвал Сайко, — можешь огласить результаты операции? Я так до сих пор и не могу понять: мы жидко обделались, или же сорвали большой куш? А может быть, и то и другое одновременно?
— Это мы выясним, когда вернёмся на базу, — глухим голосом сказал Гайто.
Сердце Лин лежало в его контейнере, поверх груза Камней Силы.
Мысленно я стиснул зубы. Чёрт, Лин… Лучше бы тебе очнуться. Лучше бы тебе ожить, стерва фиолетововолосая!
Ликрам, казалось, был чертовски рад уже тому, что ни одна из пяти «птичек» не вернулась пустой. Он не мог сдержать идиотской улыбки, и она, чёрт подери, была заразительной.
Если там, за пределами Места Силы, всё было охренеть как сложно, то здесь мы все вдруг поняли простую вещь: то, что большинство из нас вернулись живыми — это хорошо. Это в миллион раз лучше, чем было, например, вчера или даже позавчера.
— Хиккс, прежде чем отрубишься, я хочу услышать полный отчёт, — заявил Ликрам.
— Есть, — буркнул Хиккс. — Только разгрузкой пусть занимаются те, кто не подыхает от усталости. Мы — всё.
Мы действительно были — «всё». Даже анфалы стали мерцать тусклее. Каким бы загадочным законам ни подчинялись они — их битва тоже измотала.
Мы загнали киберов на парковку, выбрались из них. Алеф немедленно упала — ноги её не держали.
— Соберись, — сказал Гайто и полез на своего кибера. — Ты нужна Лин.
— Гайто, здесь есть и другие Целители. Посильнее, — сказал я.
Алеф начало трясти. Она, казалось, вообще не соображала, где находится, лоб покрылся нездоровой испариной.
А я просто стоял рядом, как идиот, и покачивался влево-вправо. Хотел бы поднять её на руки, унести в казарму, но всерьёз сомневался, что смогу дойти даже сам по себе.
Остальные — Райми, Майлд, Данк — все — просто шли мимо, похожие на бледные тени самих себя.
И тут подошла свежая кровь. Ребята, из тех, кто оставался на базе, вышли из-за угла и, не говоря ни слова, принялись помогать.
Один поднял Алеф, другой закинул мою безвольную руку себе на плечо.
Гайто отказался от помощи. Он спрыгнул с кибера, держа в руках сердце, и зашагал к подвальчику. Я проводил его взглядом.
Чёрт… Ладно, временно — отставить отбой.
В казарме я попросил помочь мне добраться до моего шкафчика. Открыл его, взял кристалльницу.
— Крейз, ты звезданулся? — спросил помогавший мне парень, когда я дрожащими пальцами отправил в рот красный кристалл. — У тебя сердце взорвётся.
— Переживу, — промямлил я, сам себя едва поняв.
Подумаешь, взорвётся сердце. Главное, чтобы его куски не выбросило за пределы Места Силы.
Встряхнуло. Глаза полезли на лоб. Дыхание перехватило.
Отлично. По крайней мере, теперь я чувствую ноги и могу ими пользоваться.
Я прошёл обратно в казарму, склонился над чуть живой Алеф.
