Потому что из холла хлестнули автоматные очереди охранников внешнего периметра, провожая три призрачные фигуры, невесомо плывущие – но при этом с невероятной скоростью! – по лестнице на второй этаж.
«Лобов! – мелькнуло в голове. – Не один! С ним ещё двое!»
Инстинкт отрубил посторонние мысли.
Майор запоздало выкрикнул в пуговку микрофона: «Отработка форсажа!» – и поковылял наверх, вслед за «призраками», схватившись за плечо, не позволявшее держать автомат. Уже на втором этаже он обнаружил, что безоружен: «универсал» на плече был свёрнут на бок, автомат же за спиной отсутствовал, потерянный при падении, – зато увидел финал боя, который заворожил его скоротечностью, геометрией и мастерством бойцов.
Пробившиеся снаружи «призраки», пройдя сквозь защитные порядки охранников Олдыбаева, схватились с ошалевшими от неожиданности пятью спецназовцами «Смерша», одетыми в такие же боевые доспехи, – и в течение трёх-четырёх секунд было непонятно, кто из них кто.
Потом смершевцы запустили мини-дроны, открыли огонь из «универсалов» и автоматов, и десантники Тараса ответили, но стреляли преимущественно по ногам из своих «чёрных балансов». Однако они существенно превосходили бойцов Бугаева в скорости и точности стрельбы, да и в мастерстве. Определив это, ковылявший по ступенькам Бугаев дал сигнал выдвинуться на арену своим сюрпризам, понимая, что это его последняя надежда.
Схватка троих диверсантов с защитниками ещё продолжалась, когда в неё вмешались засадные силы.
Сначала из ординаторской выскочили киллерботы, резко отличавшиеся обликом от людей. У них были по две руки и две ноги, но голова отсутствовала, заменённая опухолевидным блоком камер и датчиков. Тонкая талия шириной в двадцать сантиметров отделяла верхнюю часть туловища от нижней. Руки и ноги выглядели кольчатыми щупальцами, утолщаясь буграми на плечах, локтях и коленях. Вооружены они были двумя «универсалами» на плечах, не считая метателей парализующих игл и наноформов, интегрированных в тела.
Они замерли на мгновение, пытаясь определить смершевцев в толпе дерущихся «киберкостюмов», и Бугаев крикнул, пытаясь их остановить:
– Не стреляйте!
Но было поздно. Киллерботы выстрелили сразу из четырёх стволов! И Бугаев вытаращил глаза, увидев, как быстро и верно отреагировали диверсанты. Они просто развернули троих противников спинами к роботам. Ампулы парализующих веществ попали в шлемы смершевцев, нашли щели в амуниции бойцов, так как шлемы не были герметичными, и двое перестали сопротивляться.
Ответили диверсанты не менее быстро. Один дал очередь миньонами из подствольника автомата, двое выстрелили из «драконов». Коридор был тесноват для манёвров, поэтому киллерботы не могли увернуться, несмотря на реакцию. На их корпусах расцвели огненные розы, а ракетопули калибра шестнадцать миллиметров проделали в их корпусах громадные, с футбольный мяч, дымные дыры. Оба робота отлетели в глубь коридора, дёргая ногами, как живые существа.
Весь этот эпизод уместился в одну секунду, даже для его описания потребовалось бы времени в пятнадцать раз больше. А бой между тем не закончился. В него подключились ещё два персонажа, подготовленные Бугаевым «на всякий случай», – эскомберы.
– Беру на абордаж! – крикнул Тарас, выходя из схватки и преграждая путь двум гигантам в современных супердоспехах, каждый выше его на полголовы и массивней. Но если десантники в руках держали автоматы или карабины, эскомберы с виду были вооружены только «универсалами» – по одному на левом плече. Руки их были пусты.
– Добьём – поможем! – пропыхтел в ответ Штопор, продолжая вместе с Жорой биться с оперативниками Бугаева.
– Не спеши, братишка! – послышался вдруг знакомый голос, и за спинами эскомберов возникли два «призрака» с откинутыми забралами – Итан и Иннокентий. Видя, что эскомберы вооружены слабее, «братья» положили оружие, которое держали в руках: Иннокентий – «дракон» и «укротитель», Итан «чёрный баланс» и пистолет, автомат и карабин, – на пол.
На мгновение все участники боя замерли как по команде.
Бугаев, безуспешно пытавшийся подняться на верхние ступеньки лестницы, хотел было предупредить своих гарантов успеха не стрелять на поражение, зная их возможности, но опоздал.
Эскомберы мгновенно обернулись, с их плеч слетели туманные трассы, превратившиеся в пунктирчики взрывающихся бусин: оба выстрелили из «универсалов» в режиме плазменных солитонов, нейтрализующих молекулярные связи, и было ясно, что на плечах у них не «универсалы». Целили они в Лобовых, но тех уже не было на прежнем месте. Оба исчезли, как привидения, и вышли из невидимости рядом с эскомберами, практически вплотную. У Бугаева даже мелькнула мимолётная мысль о телепортации, которой, по словам «Баталера», якобы владел Иннокентий Лобов.
Раздался крик Тараса:
– Стефа!
Штопор дал очередь из автомата по ногам противника, выбивая его из схватки, и рванул в палату, на пороге которой стоял модуль «Фрупса», похожий на шестиногого паука.
За ним метнулся боец из отряда Бугаева.
– Соло! Спина!
