Тогда он поискал на первом этаже туалет и провёл процедуру кьюар-перехода.
Первую остановку сделал в двадцать третьем реале, где обитали Тарас Лобов и его пассия Снежана, сестра полковника ГРУ Шелеста.
Выход из бездн кьюар-трекинга произошёл в том же здании, внутри запертой снаружи комнаты, что не позволило чисадмину определить ни точное время, ни точное место выхода. Ломать дверь помещения? Ни одного окна, хлам на полу, груда коробок по углам, запах какой-то едкой химии или медикаментов… И гость включил мобильный контур брейнрации, помня все номера живущих в этой копии реальности нужных людей.
Тарас не ответил. Но он мог быть далеко от Луганска, и Итан не расстроился. Позвонил по очереди Шелесту, Снежане и лейтенанту Ларину, входящему в группу Тараса. Однако ни один из них не ответил, и это напрягало.
Шёл девятый час утра, и по идее вся группа бывших бойцов ЧВК должна была бодрствовать. Единственным объяснением их молчания мог стать рейд по тылам ВСУ, но проверить это не позволяло положение кьюароходца. Надо было выбираться из чулана.
Итан задумчиво оглядел замок двери, не выглядевший несокрушимым, достал нож, поковырялся в несложной конструкции и разъял её на две части. Одну – со своей стороны – положил на коробки, вторую просто выдавил на другую сторону двери. Замок гулко свалился на пол, но никакой паники снаружи не произвёл. Итан открыл дверь, выскользнул в коридор, напрягая зрение.
Темно, тихо, лишь из глубин здания доносился негромкий шум: постукивание, скрипы, механические вздохи насоса, человеческие голоса. И очень невкусно воняло сгоревшей изоляцией, бумагой, пылью, цементом и дохлыми мышами. Стало ясно, что в здании идёт ремонт.
Конец коридора в полусотне шагов был светлее, Итан направился в ту сторону и заметил торчащий из мусора клок газеты. Вытащил, повертел в пальцах, разглядел под слоем грязи заголовок «Аргументы и факты». Покачал головой. Находка «АиФ» в Луганске говорила о том, что и сюда начали доходить федеральные СМИ.
Нашлась и дата выпуска – июль две тысячи двадцать четвёртого. Газета была совсем свежая.
В душе неожиданно шевельнулся коготочек интуиции: какого чёрта ты здесь делаешь, Лобов? В этот реал можно вернуться и позже, чтобы отыскать Тараса. Никуда он не денется. А Лавиния там одна!
Следующая мысль успокоила: ты тут всего пять минут, Лавинию стерегут, так что начал искать «родичей», давай побыстрее. И он отправился дальше.
Второй прыжок вынес его в восемьдесят восьмой реал.
Бетонное поле, кругом ангары из гофрированного пластика, и ни одного человека. Интересно, что тут под здешним Луганском построено? Аэродром, перевалочная база, склад или военное гнездо? Но главное – наверняка над местным Луганском висит спутник, так что Иннокентий должен отозваться, если он здесь.
Мобильный контур посылал сигнал в небо пять минут.
Но восемьдесят восьмой «родич» молчал.
Выдохшись, раздосадованный Итан двинулся в обход ближайшего ангара, заметил с торца ангара крытую беседку для курения, со скамеечками и бочкой с песком, присел. Молчание «братьев» начало беспокоить всерьёз. Но мелькнувшая мысль: что если все они направились к Таллию? – родила надежду. В сто одиннадцатом реале Украина находилась в процессе капитуляции, война почти прекратилась у её границ, если не считать таковой попытки поляков отгрызть кусочек «своих земель». И тем не менее Россия готовилась предложить бывшей «незалежной» настоящую независимость и свободу от нацизма. В том Луганске, хотя он и был эвакуирован после радиоактивного заражения, вполне можно было собраться и обсудить новости, не страшась преследования. Так почему бы не проверить?
Итан сплюнул в бочку, отошёл от беседки, прополоскал рот водой из фляги, чувствуя горечь во рту, и нырнул в бездну запутанных меж собой коридоров кьюар-пространства.
Тень накрыла его с головой и унеслась прочь.
Он стоял посреди недавно вспаханного поля между полосами лесопосадок. Солнце скрывалось за низкими тучами, и было видно, что здесь недавно прошёл дождь. Пахло землёй, прелью, травами и химическими реагентами: поле поливали обеззараживающей жидкостью. Впрочем, удивляться не приходилось. В реале Таллия фронт откатился к западным границам Украины, а подвергшаяся радиационному заражению территория Донбасса между Луганском и Донецком усиленно обрабатывалась реактивами с целью снизить радиацию.
Итан сделал шаг, чуть не утонул в вязком месиве чернозёма по колени и понял, что лучше подождать транспорт, если придётся куда-то перемещаться.
Вызвал Таллия раз, другой, третий.
Сто одиннадцатый «брат» молчал точно так же, как и остальные Лобовы. Чёрт бы вас побрал, пацаны! Куда вы все подевались?!
В ушах торкнула кровь. Он вызвал отчёт терафима.
– Концентрация вредных примесей… – начал секретарь.
– Не надо, радиация.
– Около десяти микрозивертов. Рекомендую находиться здесь не более суток.
– Спасибо! – фыркнул Итан. – Я не собираюсь гулять по местным буеракам.
Что-то сверкнуло под тучами.
