Попрощались у крайних домов деревни. Шелест и двое военных с ним последовали за генералом, Снежана с Михаилом свернули к своему «Тигру», на котором прикатили из гарнизона ССО. Влезли в кабину.
– На базу, – велела женщина, севшая спереди.
Ларин вынужден был сесть сзади, умолчав, что сидеть впереди – его прерогатива как ответственного за безопасность.
От Селезнёвки до порта было всего шестнадцать километров, и дорога вилась вдоль берега, так что море то и дело появлялось слева между холмами. В какой-то миг броневик выскочил на вершину берегового откоса всего в двадцати метрах от моря, и пассажиры увидели быстро двигающийся параллельно дороге приземистый катерок с невысоким пузырём рубки ближе к носу.
– Ух ты! – пробурчал водитель «Тигра», парнишечка с простодушным лицом. – Никак беспилотник. Откуда он здесь?
– Стой! – крикнул Ларин, поднимая лежащий на коленях АК-12. – Я выскочу!
Броневик затормозил.
Михаил выметнулся из кабины и сразу увидел зависший над дорогой на высоте тридцати метров крестик ещё одного беспилотника, но уже воздушного.
– Дрон! Снежана, вылезайте!
Но женщина не успела последовать совету.
От крестика отделилась чёрная капля, понеслась к земле и превратилась в гранату!
Одновременно с этим морской дрон повернул нос к берегу, в пузыре рубки открылся люк, оттуда высунулась фигура в чёрном и дала очередь по броневику и по Ларину. Ему пришлось реагировать сразу на две угрозы, но если от пуль спас пригорок, когда лейтенант нырнул в кустики засохшего чертополоха, то от взрыва гранаты не прикрыл даже корпус «Тигра». Граната взорвалась точно посреди между ним и машиной.
Взрывная волна, обдав лейтенанта осколками, отшвырнула его в ложбинку, и Ларин потерял сознание, успев выстрелить в крест беспилотника лишь один раз.
Броневик опрокинуло на бок, от чего он упал на обочину дороги со стороны дверцы водителя. Осколки ему были не страшны, но удар получился серьёзным, и водитель вместе с пассажиркой тоже потеряли сознание. Они уже не видели, как неизвестный катер, оказавшийся на самом деле не беспилотником, а миниатюрной подводной лодкой, приткнулся к берегу, из рубки выбрались трое мужчин в чёрных «ниндзя-костюмах», вытащили из кабины Снежану и перетащили в лодку.
– Водилу! – приказал один из них на русском языке.
Второй вернулся на берег, выстрелил.
– Второго! – крикнули ему.
Но в этот момент послышался гул мотора, со стороны близкого порта появился зелёный автомобиль, и стрелок, расправившийся с водителем, помчался к воде.
– Второго! – рявкнул командир десанта.
– В нём полсотни осколков, – отмахнулся верзила. – Это уже стопроцентно «двухсотый».
Люк рубки захлопнулся, лодка отошла от берега и погрузилась в воду.
Беспилотник, сбросивший гранату, начал шататься из стороны в сторону как пьяный, потом упал в полусотне метров от опрокинутого «Тигра». Пуля Ларина повредила-таки его. Но помочь лейтенанту и Снежане это не позволило.
Автомобиль, оказавшийся джипом «Патриот», приблизился к месту трагедии, таща за собой хвост пыли. Из него выскочили двое военных в полевой форме, бросились к джипу, вытащили водителя, потом отыскали лейтенанта.
– О ч-чёрт! – измазался в крови один, тот что помоложе, вихрастый. – Вся спина в дырках!
– На нём барс-броник, – ответил второй, постарше, пахнущий машинной смазкой. – Шею зацепило, но он ещё живой. Там в бардачке медблок, принеси, перевяжем.
Вихрастый кинулся к «Патриоту», подогнал его вплотную и выскочил обратно с белым ящичком, украшенным красными крестами.
Перевязав раненого, они перенесли его в джип, усадили на заднее сиденье, перетащили на первое убитого, и джип помчался к порту. Остановился вдруг. Водитель – тот самый вихрастый парень – добежал до разбившегося дрона, снял, точнее, отломал блок управления вместе с видеокамерой и, вернувшись, сунул его приятелю.
– Может, удастся считать запись.
– Молоток! – мрачно похвалил его спутник. – Не останавливайся больше, а то не довезём.
– Сам знаю! – огрызнулся водитель.
«Патриот» взвыл, набирая скорость.
Прыжки из реала в реал не помогли. Кьюар-код не являлся ни транспортным средством, ни машиной времени, а кьюар-трекинг не был сродни путешествию во времени. Иннокентий не мог вернуться в родную восемьдесят восьмую реальность до нападения спецназа и спасти Таллия и Стефанию, как бы ни хотел. Фокус с мгновенным перемещением из одного варианта Вселенной в другой и обратно, что удался Лобовым при сражении в тылу врага, тоже не помог преодолеть засаду, и спасла математика только вшитая в психику программа защиты. Но и она не являлась панацеей от всех угроз, потому что Иннокентий был один, а для погони за ним «Баталер» мог бросить очень серьёзные силы и средства.
