Перед десантниками открылся ещё один короткий коридор с окрашенными в салатовый цвет стенами. По обеим его сторонам шли белые двери с табличками, возле которых стояли шпалеры стульев. Коридор был пуст и освещён лишь одной лампой, почти не разгонявшей темноту. В его конце оказалась ещё одна перегородка с распахнутой дверью, и были видны парни в чёрном, танцующие какой-то странный танец. Раздавались крики, ругань, удары, треск ломающихся стульев и разбивающихся стёкол. В проёме мелькнула единственная среди чёрных фигур светлая голова, и Тарас, холодея, понял, что «танец» устроила Снежана.
Впрочем, мысль не остановила его и не ускорила, он и так двигался «на форсаже», так что даже бойцы сзади не могли уследить за его манёврами. Истекла всего одна секунда, а он уже преодолел коридор и ворвался в следующее помещение медсанчасти.
Он не ошибся, шум подняла Снежана. Очевидно, она пришла в себя либо подгадала момент, чтобы сделать попытку освободиться, но не учла, что её будет охранять целое отделение наёмников ЧВК, принадлежащей миллиардеру Мордобьёву, что стало известно позже. Двух верзил разведчица удачно уложила на пол, но охранников скопилось больше – девять мощных горилл в чёрном с массой до ста килограммов и больше, и спасало женщину только узкое горло коридора, часть которого занимали две шеренги сидений и каталки, а также классная подготовка: она владела приёмами рукопашного боя в условиях тесного помещения.
К счастью, охране, скорее всего, было приказано не применять огнестрельного оружия, да и ножи мелькнули только у двух нападавших, зато все имели чёрные полицейские дубинки, и Снежане пришлось подставлять под удары локти, плечи, ноги и кулаки, пока она не подхватила одну из дубинок у валявшегося на сиденьях «чернорубашечника». Но и это вряд ли помогло бы пленнице отбиться, учитывая превосходящие силы противника. А когда Тарас увидел, что она дерётся в нижнем белье, какое поддевалось под «барсики» (её раздели!), градус его ярости подскочил до небес! Хотя голова капитана осталась холодной, а мысли не смешались в кучу от волны эмоций.
«Чернорубашечники» осознали своё положение слишком поздно, поначалу приняв десантников, одетых в почти такие же костюмы-трико, за своих. Два наёмника, которых настиг Лобов сзади (это были как раз те, что курили в коридоре), грохнулись о стены. Ещё двое – справа и слева – попали под удары Шалвы и Солоухина, ловко обогнувших командира, как две обезьяны, по стульям. И лишь когда дравшихся качков осталось трое, они оценили ситуацию. Однако шансов у них не было никаких.
Того, что кидался на Снежану с ножом, уложил Тарас, метнув свой нож, пробивший бугаю горло. Он беззвучно осел на пол, хватаясь за шею, булькающую струями крови.
Ещё одного застрелил Штопор, заметив, что тот тянет из кобуры под мышкой пистолет.
Третий получил два удара: дубинкой по затылку от Снежаны и кулаком в нос от Солоухина. И бой закончился. В коридоре воняло потом, мочой, порохом и чем-то едко медицинским.
– Тара… – прошептала Снежана, покачнувшись и роняя дубинку.
Лобов подхватил её на руки, мимолётно заметив сине-багровые пятна ушибов на руках и бёдрах жены и порезы на плечах.
– Всё хорошо, родная! Парни, уходим!
– Может, добьём этих мразей? – пробормотал Штопор.
– Не становись палачом, дружище, – сказал Солоухин, бросаясь к выходу из коридора первым.
Тарас метнулся за ним, не выпуская Снежану из рук.
– Пусти, я сама! – сердито приказала она.
Он опустил жену на пол.
– Где твой «барсик»?
– Они забрали его.
– С тобой… ничего?
– Ничего! – не менее сердито ответила разведчица, понимая, о чём он спрашивает.
– Найти костюм? – предложил Шалва.
– Стащите комбез с охранника!
Бойцы выскочили из блока медсанчасти и, пока Тарас и Снежана шагали за ними, раздели одного из лежавших в отключке охранников на входе в здание. Серый комбез оказался ей великоват, берцы были номера на четыре больше, чем она носила, и на улицу разведчица выбежала босиком.
Зная, что над «Азовмехом» в настоящий момент висит как минимум один дрон, Тарас зажёг специально подготовленную негаснущую на ветру спичку, помахал ею над головой, мысленно крикнув: «Бросайте десант!» Вслух же, бросив спичку на землю, проговорил:
– Ко мне!
Обнял Снежану, прижал к себе.
– Рысью!
Подбежали бойцы, облапив пару с двух сторон.
Исчезли через две секунды, уже не услышав, как в здании начался переполох, раздался одинокий выстрел и следом вой сирены.
Из дверей на площадь перед заводоуправлением выбежали двое «чернорубашечников» с автоматами в руках. Но беглецов перед входом уже не было. Зато через несколько секунд раздался рокот вертолётных винтов, и к зданию вынеслись два Ми-8, начиная «метать икру» – высаживать десант.
Майор Лабинский знал своё дело.
