Микоро наступали на самом сложном участке — вверх по рукотворной насыпи, образованной грудами извлеченной рабами из недр породы, перемешанной со стволами деревьев, огромными камнями и трупами ничтожных, загнувшихся в тоннелях. Насыпь, почти сравнявшаяся с краем крепостной стены, была хорошим шансом прорваться в город, поэтому в последние дни Алифи, видя опасность, выливали на нее воду. Неустанно. Днем и ночью. Бочка за бочкой. Превращая землю в лед, будущие атаки в безумие, а шансы в воспоминания. Ничего. Микоро справятся. Их задача — не занять близкие стены, даже не выжить. Их задача проще: вбить крюки в гору льда и закрепить лестницы, подготовив путь для тех, кто пойдет в атаку после них. По их телам и по обломкам проклятых дудок к победе. Лучшие воины клана Заката ждали приказа, пристально вглядываясь в темные волны наступающих и умирающих на склоне Микоро. Пусть ждут. Сегодня участь боя решали не они…
«Никогда не применяй одну и ту же военную хитрость в двух сражениях подряд», — этому правилу Мер То следовал всегда и неукоснительно. Потому что хитрость, использованная впервые, заставляет врага не только разводить руки, но еще и готовиться к ней в следующем бою. Так зачем же искушать демонов и давать врагам блистать своими домашними заготовками? Незачем. Однозначно и бесповоротно.
Вот только у каждого правила есть тени, и в каждой такой тени прячутся незаметные на первый взгляд смыслы. Так и здесь. Опасный враг читает сражение, а грозный враг читает тебя. И тогда твои правила становятся для него открытой книгой. Он начинает предсказывать твои действия, а твои задумки и планы вызывают у него лишь ироничную улыбку. Любое правило, ставшее понятным врагу, опасно. Потому все правила должны нарушаться хотя бы иногда. Почему не сейчас?
Порох уже занесли в тоннель. Давно. Две недели назад пороховые бочки разместили в самом коротком из трех узких рукавов, что тянулись под крепостные стены. После чего еще десять дней рабы долбили породу в двух оставшихся тоннелях, собственными жизнями прокладывая дорогу. К чему? К обману. К видимости угрозы. Пусть враг панически слушает упрямый перестук железных кирок под своими ногами и готовит отряды. Пусть принимает действия и борется с призрачными угрозами. Пусть…
Яркая вспышка разрезала темноту ночи так, словно острый кинжал прошелся по мягкому горлу жертвы. Под грохот взрыва и свист летящих камней крепостная стена рухнула вниз, открывая дорогу нападающим. Руины кладки оказались вровень с осевшей, но так до конца и не покоренной Микоро насыпью. Теперь не нужно будет карабкаться вверх на стену, теперь придется попросту идти вперед. В огненное безумие, что разверзлось вокруг. В одно мгновение демон Ту прибрал к своим холодным рукам даже не сотни — тысячи защитников и нападавших. Тех, кто горланил походные песни, идя на приступ, и тех, кто собрался резать атакующих, мстя за бессонные ночи, бесконечные страхи и испорченный слух. Ничего, демону Ту нет разницы, кого уводить за собой.
Казалось, дорога в город была открыта, вот только Мер То коротким жестом остановил преждевременную атаку. Потому что рано радоваться. Город большой, и любой квартал внутри крепостных стен — отдельная крепость. И брать каждую, преодолевая упорное сопротивление гарнизона, — непростая задача. Можно, конечно, атаковать город сразу, сходу, врываясь по еще полыхающим трупам и плавящимся от бушующего пожара камням, вот только Рорка горят ничуть не слабее ничтожных. Нужно время, которого нет.
Так что это еще не конец битвы, это просто первый глоток из бурдюка с будущей победой. Паника в стане врагов заставит их сначала делать глупости, а потом думать. Мер То не сомневался: сейчас половина отрядов Алифи и ничтожных стремится к обрушенной стене, ожидая решающего штурма. Что ж, пусть враг думает, что все пропало. Пусть мужественно бросается защищать пылающие остатки стен. Пусть стягивает резервы, готовясь к очевидной атаке. Пусть.
Они дождутся. Сегодня его клан пойдет на штурм развороченной взрывом стены не для того, чтобы решить исход схватки, а чтобы отвлечь внимание. Потому что настоящие планы похожи на зыбучие пески, что раскинулись на родине Мер То, — их красота всегда оборачивается коварством.
Вождь клана Заката никогда не обманывал себя. Ключ к сердцу Белого города был не в этом несчастном проломе, а в канатной дороге, что связывала две крепости. Форт, стоявший посреди реки — вот сердце города. Канатная дорога — вот аорта, перерубив которую останется только ждать, пока враг медленно истечет кровью. Иначе пройдет совсем немного времени и защитники опомнятся, удержат узкий проход сквозь образовавшуюся брешь в укреплениях, а получив подкрепления из восточного крыла города, отобьют обратно свои каменные мешки и горящие руины…
